– Что, любуешься? Я вот тоже просматривал, Костя красавчик – классно делает, – раздается голос Джера над моей головой, и я вздрагиваю, роняю снимки на пол. – Ты меня боишься, что ли? Не надо. И вообще – давай-ка по-честному, Лори. – Он подвигает кресло и садится со мной колени в колени. Я вся непроизвольно сжимаюсь. – Прекрати, я не трону тебя. Давай мы с тобой вот что обсудим, Лори… – Он вдруг берет меня за правую лодыжку и тянет к себе: – Что это? Откуда синяк такой?
– Ударилась… на работе.
Он смотрит чуть удивленно, но потом отпускает мою ногу и продолжает:
– Короче, давай так, Лори. В прошлый раз… ну, перегнул я тогда, каюсь. Но подумай – а ты сама-то разве этого не хотела? Ведь могла послать меня – так? Но ты ведь не сделала этого? Почему?
Если бы я знала…
– Молчишь? А я тебе скажу: потому, что в тебе есть кое-что, чего ты сама пока не понимаешь. И именно это «кое-что» заставило тебя. Теперь дальше. Я пообещал Косте, что не стану больше тебя трогать. Но знаешь, что… Я вижу, что ты сама не против, хоть и пытаешься тут в недотрогу поиграть. Поздно, малышка, ты увязла. Но я пообещал Косте – и не стану делать этого. Он мне доверяет. Я не могу подорвать дружбу.
Он переводит дыхание и внимательно смотрит на меня.
– Слушай… – Он берет меня за подбородок и смотрит в глаза. – Предлагаю сделку. Если я отработаю так, что тебе не будет противно и страшно, ты останешься со мной на ночь. Не делай такое лицо – Косте я все объясню, – предвосхищает он мой вопль.
– А если нет? – интересуюсь я, и он ржет:
– А если нет – то больше ты никогда меня не увидишь. Идет?
– Я согласна.
– Заметано. Я так понимаю, все у нас переносится на несколько дней, раз ты не в форме? Я тогда пойду пока, с Серегой пообщаюсь. До завтра, Лори…
Он встает и уходит, а я потрясенно молчу. Даже не думала, что он способен настолько хорошо понять меня и пойти на компромисс. Я не уверена, что мне удастся его обмануть, скорее всего – нет, потому что я практически всегда получаю все, чего хочу…
Вошедший Костя отвлекает меня от мыслей, наскоро раздевает и кладет на кровать. Я ничего не хочу, тело как бревно, и Костя, поняв, что мне плохо, просто укутывает одеялом, обнимает и всю ночь прижимает к себе, точно боясь, что я исчезну.
Вернувшийся Сашка весь какой-то взвинченный. Позвонил с дороги, сказал, что заедет за мной в клуб. Это неожиданно, но я согласилась. Едем в машине, и я невольно замечаю, как ввалились у него глаза.
– Ты устал?
– Морально, – бормочет он. – Знаешь, я отвыкаю потихоньку от будней оперативной работы, все-таки адвокатам легче. А тут пришлось в морг ехать, осматривать труп после эксгумации – приятель попросил.
Я чувствую по его голосу, как трудно дался ему этот поход. Конечно, Сашка уже несколько лет занимается «чистой» работой, в которой нет походов в морг и выездов на трупы, как раньше, он отвык, ему тяжело.
– Сань… ну, ничего, сейчас дома в ванне полежишь, коньячку выпьешь – и спать.
– Лорка, скажи, ты мне изменяешь? – вдруг спрашивает он, и я с трудом сдерживаю дрожь:
– К чему этот вопрос?
– А что – попал?
– Глупости.
Он останавливается на светофоре и поворачивается ко мне:
– Мне кажется, ты в последнее время какая-то нервная. Как будто у тебя что-то случилось, и ты не знаешь, как из этого выпутаться. Я могу чем-то помочь?
