Все правые руки полностью

— Здравствуйте, Мария Владимировна! Чем обрадуете или огорчите по линии ООН? — ласково, по-отечески прогудел он в трубку. Его спутники невольно вытянули шеи, чтобы лучше слышать предстоящий диалог. Афанасьев подкрутил регулятор громкости, и все смогли без напряжения слышать Хазарову, одновременно участвуя в беседе.

— Ничем, Валерий Васильевич. Заседание начнется через час. Не забывайте разницу во времени.

— Ах, да, я и запамятовал, — спохватился Афанасьев. — Мария Владимировна, голубушка, коли уж еще есть время до экстренного заседания, будьте добры, свяжитесь с Небензей и скажите ему, пусть он не рассусоливает там и не мечет бисер перед свиньями напрасно. Не пройдет наша редакция резолюции, ну и черт с ним. Дебаты затевать все равно не имеет большого смысла, а кровь этим не остановишь.

«Наша-Маша», как стали за глаза называть нового министра иностранных дел, была умной девочкой, поэтому сразу смекнула, что к чему:

— У нас все готово? — осторожно спросила она, не доверяясь даже закрытой линии связи.

— Да, — коротко ответил он ей, не вдаваясь в подробности. Она его хорошо поняла, потому и не стала далее вдаваться в эту тему.

— А вот насчет «обрадуете», то это можно, — хихикнула она в трубку.

— Ну-ка, ну-ка, — сразу заинтересовался Валерий Васильевич.

— Только что у меня состоялась встреча с американским послом. Он принес мне целую кучу нот.

— Еще бы, — не удержался и хмыкнул диктатор.

— Поначалу начал фанфаронить, как это у них принято, но я по совету Николая Палыча предъявила ему материалы следствия по делу связанному с воскресным терактом и вчерашними событиями, где его сотрудники отметились по полной программе.

— И? — заерзал в нетерпении в кресле Афанасьев.

— Выходил он от меня более похожий на сдувшийся воздушный шарик, еле волоча ноги. У меня есть скрытая видеозапись нашей беседы, могу предоставить.

— Премного обяжете. В жизни так мало радостных мгновений, — заулыбался Глава, и его улыбку поддержали все, кто находился рядом.

— Хорошо. Видеозапись я немедленно пришлю вам с МИДовским курьером.

— А что вы сейчас намерены предпринять, не дожидаясь результатов экстренного заседания Совбеза? — поинтересовался Юрьев.

— Здравствуйте, Борис Иванович, — сразу узнала она голос своего непосредственного начальства. — Я еще с утра анонсировала официальное заявление МИДа по данному вопросу. Сейчас как раз собираюсь выступить с ним в пресс-центре сразу после получения информации от Небензи.

— В каком ключе, вы собираетесь озвучить это заявление? — продолжал интересоваться премьер.

— В ключе яростного протеста, разумеется, а что?

— Э-э-э, видите ли, Мария Владимировна, как бы это сказать половчее? — замялся Юрьев. — Я конечно не военный человек, но мне кажется, будет не лишним делом усыпить бдительность наших противников.

— Что вы предлагаете, Борис Иваныч? — встрепенулся Рудов, вступая в разговор.

— Я полагаю, что не надо показывать наши военные приготовления, а для этого, мне видится, будет весьма полезным в заявлении подчеркнуть именно экономическую составляющую нашего ответа. То есть не угрожать военными действиями, а экономическими санкциями в невиданных масштабах.

— Это хорошая идея, — поднял кверху большой палец Рудов.

— Вы правы, Борис Иванович, и я непременно воспользуюсь вашим советом, — согласилась она. — Тогда мне надо будет слегка отредактировать свое выступление.

— Спасибо, Машенька, мы очень рады, что вы все так хорошо понимаете, — совсем уж неофициально откликнулся Афанасьев на ее слова, но все сделали вид, что не слышали отступления от делового этикета. — Так вы не забудьте, тотчас же связаться со мной, как только закончится совещание. Медлить в нашем деле никак нельзя.

— Я понимаю, Валерий Василевич, и не промедлю с этим.

Когда связь отключилась, Афанасьев потер рукой осунувшееся от напряжения лицо и произнес:

— Ну, что ж, товарищи, время у нас еще как минимум час до появления первой информации из Нью-Йорка, а мы еще не так и не обедали. В нашем возрасте нарушение режима питания, как утверждают врачи, очень вредит здоровью. Всем предлагаю пойти подкрепить свои силы, которые нам сегодня еще понадобятся. Я давеча проходил мимо столовой и уловил запах грибного супа. Восхитительный аромат, скажу я вам откровенно.