— У меня нет времени, а главное — желания продолжать с вами перепалку, носящую чисто умозрительный и бесперспективный характер. Я, наверное, слишком сильно уважаю себя, чтобы опускаться до вашего уровня горячечного бреда, господин Кислица, — произнес Василий Алексеевич, уже твердо убежденный, что предложенная им резолюция не наберет всеобщего одобрения при ярко выраженной позиции британской и американской сторон. — Поэтому, прежде чем окончательно поставить предлагаемый текст резолюции на голосование, хочу напомнить еще раз, всем собравшимся в этом зале, что от их позиции пострадают не те или иные государственные интересы, а жизни конкретных людей. Господин Председатель, прошу вас поставить на голосование предложенный нашей делегацией текст.
Как и ожидалось, резолюция не набрала нужного для принятия количества голосов. За ее принятие проголосовали Россия, Китай, Вьетнам (что было удивительно) и Тунис, в лице Председателя. Против нее выступили: США, Великобритания, Франция, Бельгия, Германия и Эстония (куда уж без нее?). Остальные члены Совбеза предпочли воздержаться. На этом заседание окончилось. Каждый остался при своем непоколебимом никем и ничем мнении.
Уже далеко за полдень, выходя из здания штаб-квартиры и направляясь к автомобильной парковке, российский постпред был остановлен криком:
— Василий Алексеевич! Обождите!
Он оглянулся. К нему спешил его заместитель — Дмитрий Алексеевич Полянов, одно время исполнявший обязанности постпреда после смерти Туркина.
— Что с вами случилось, голубчик?! На вас лица нет! — заботливо поинтересовался Непейвода, поджидая, когда к нему приблизится запыхавшийся от бега дипломат.
— Вы уже спустились. А там по телевизору… что стоит в холле. В общем, срочное сообщение о том, о том… — опять повторил он, не отдышавшись.
— О том, что сепаратисты обстреляли Волноваху химическими боеприпасами? — договорил за него, тут же все сообразивший Непейвода.
Тот быстро-быстро закивал головой в ответ, не в силах произнести, что-либо внятное.
— Т-а-а-к, — протянул дипломат, разом побледневший, как оживший мертвец. — Значит, не сегодня-завтра жди нового экстренного совещания, но уже по нашу душу. Садитесь, Дмитрий Алексеевич, — распахнул он заднюю дверцу автомобиля, — нам с вами нужно успеть многое обсудить…
29 июня 2020 г., г. Москва
