В них столько всего намешано: вина, боль, сожаления…любовь. Огромное желание все исправить, вернуть. Перестать чувствовать эту ужасную боль, которая режет нас обоих изнутри…
Но как вернуть? Я тоже спрашиваю его. Не голосом, конечно — он снова не ответит…глазами. Душой.
Как вернуть, Адам? Ты ведь даже не пытаешься…
— Мы любим друг друга, — шепчет наконец в ответ, слегка касаясь губами моих, — Мы скучаем друг без друга. Нам обоим плохо. И ты ведь тоже дышать не можешь, Лиза…я знаю.
— Замолчи…
— Ты не хочешь слышать? Хорошо. Я докажу тебе по-другому. Только не сопротивляйся. Не пытайся слушать память, разум, слушай меня иначе: телом. Если ты отключишься, ты все поймешь. Как ночью понимала.
— Я…
— Пожалуйста, Лиза. Выслушай меня…прошу…
Блядь, как же я тебя ненавижу…
Мне так хочется стать вдруг Снежной королевой. Знаете, чтобы не чувствовать ничего? Чтобы переть не оглядываясь. Чтобы не поддаваться…А по итогу что? Я — Герда. Та глупая девчонка, которая бежала за бессердечным мальчиком по льду босая. Она хотела его спасти…
Забавно, что когда-то Катя получила эту роль в нашем детском спектакле, потому что по итогу Гердой стала не она, а я. Ведь все, что я делаю — это пытаюсь его спасти. Снова и снова. Тринадцать долгих месяцев, миллион попыток разобраться, найти ответы, заставить его слышать меня! Понять…
А он? Он — Кай. Мальчик, который насмехается над глупостью своей маленькой, наивной тени. Она себе пятки в кровь, лед под кожу, он все дальше-дальше-дальше…Она за ним в снега и бури, а он…он просто не хочет быть спасенным.
Одинокая слеза-льдинка вырывается из моих глаз и царапает кожу, пробираясь по виску к волосам, где обязательно затеряется, как миллионы других таких же льдинок. Одиноких, горьких…
Но на этот раз что-то меняется…
Адам тихо вздыхает и подхватывает ее губами, медленно ведет ими по моей щеке, обнимает крепче, будто старается согреть от моего одиночества. Слегка задевает нос своим. Он хочет поцеловать меня, но я резко отвожу голову в сторону, и он тихо смеется.
— Плевал я как ты выглядишь… — хрипло шепчет, — Мне так насрать было…Потолстеешь? Худой будешь? Похеру. Я люблю твою непокорную, дикую душу, Рассвет. С ней любая ты — моя любимая.
Ненавижу…
Заткнись!
До боли сжимаю кулаки, чтобы немного отрезветь, а в этот момент Адам поворачивает мою голову обратно и снова наступает.
— Я всегда тебя хотел. Тогда, сейчас — неважно. И никто с тобой не сравнится, Лиза. Ни одна модель, даже мировая — никто.
— Не говори то, во что сам не веришь.
— Я никогда тебе не врал. Думаешь, сейчас начну?
Прикусываю губу, потому что не знаю, что ему ответить. Как противостоять? Мое сердце сейчас разорвется на части, а если попытаюсь — точно ничего от меня не останется. Но останется ли после? И будет ли после?
— Молчишь, потому что знаешь. Это не тот момент, чтобы врать, даже если бы я этого хотел.
— Ты красиво говоришь, но…
— Я душой с тобой всегда. Никого и никогда сюда не пущу. Только тебя.
— Прекрати…
— Это тоже правда. Только ты внутри, и я только твой.
— Господи…да замолчи ты наконец! — рычу от злости и бессилия, саму на части рвет, — Заткнись! Я не хочу этого слышать!
— Хочешь…Просто я…впутал тебя туда, отчего поклялся защищать.
— О чем ты?
Напрягаюсь, словно вот-вот раскручу этот хитрый клубок. Вот оно! Клянусь, я что-то нащупала! Вот! Держу в руках, а он молчит. Застыл весь. Замер. Глаза закрыл и только дышит тяжело.
Не молчи.
Говори.
Умоляю.
Объясни мне, что с тобой происходит, ты же хочешь. Просто…говори…
— Не молчи, Адам. Пожалуйста…
— Я не знаю как сказать.
— Во что ты меня впутал?
— В грязь. Я не хотел, Лиза. Я правда этого не хотел…Счастливой только видеть мечтал. Как ты улыбаешься, смеешься...Весь мир к твоим ногам положить, но не это все. Прости за меня...мне правда очень жаль.
Его голос хрипит и дрожит. Сердце мне рвет на части…
— Адам…
— Поцелуй меня.
Пару раз моргаю, а он снова смотрит на меня, и в нем еще больше отчаяния и боли.
— Пожалуйста. Поцелуй меня и выслушай…так, как я могу — душой тебе все расскажу.
И вот она дилемма. Я могу сказать, что не хочу. Знаю что могу. Еще я знаю, что если действительно захочу — он меня отпустит. Если, если, если…
Только вот проблема в том, что я холод пятками чувствую, а это значит, я снова она. Да. Девочка-Герда, которая отчаянно стремится вслед Каю. Она его почти нашла. В той самой крепости изо льда. Он составляет слово «вечность», и он умрет там…в холоде, темноте и одиночестве, если его Герда не справится.
Какая же ты дура, Герда…какая…дура…
Да, это так. Я знаю. Он сам не справился, он облажался, он все разрушил, и что делаю я? Правильно. Медлю мгновение, а потом подаюсь вперед и нежно его целую.
А потом он заполняет меня собой, соединяя наши души. Я не отталкиваю его, даже когда руки мои свободны от пут — ближе прижимаю.
Сердца бьются в унисон.
Адам целует меня везде. Он нежен. Он ласков. Он осторожен. Я чувствую себя самым важным человеком на свете. Любимой, желанной женщиной. Единственной женщиной. И он прав был, это не секс, а любовь. Та степень близости, когда вы — одно целое.
А знаете, кто еще прав был? Отец.
