Что говорить-то? Обсудим, как меня растлила мамина лучшая подруга? Или как я угашенным смотрел на самоубийство девчонки, которую изнасиловали мрази из
Однако…черт, что со мной не так? Если я чувствую разочарование…наверно, какая-то часть меня хотела бы другой реакции.
Плевать. Все это лирика и сопли. Хватит об этом думать и…
— Нам надо поговорить, — вдруг звучит так неожиданно, что я роняю вилку.
Резко поднимаю на него взгляд.
Сай смотрит в ответ. Я боюсь увидеть жалость? Ага, именно. Но ее там нет.
Злость? Есть. Поддержка? Любовь? Тоже. Но жалости нет, или я просто так боюсь ее разглядеть, что прикидываюсь? Снова занимаюсь самообманом?
— Адам…
— Я знаю, что ты скажешь. Давай не будем.
Мгновение молчит, а потом вдруг еще неожиданней. Повышает голос!
— Пошел ты на хер!
Хлопаю глазами, как мудак.
— Прости? — усмехаюсь, но Сай не разделяет веселья. Даже притворного.
Резко толкает тарелку от себя, упирается руками в стойку и нависает. Глядит точно мне в душу, цедит…
— Мы больше не будем закрывать глаза на проблемы! Хватит!
Хмыкаю.
— Круто сказал. Жизнеутверждающе. Долго репетировал?
— Прекрати вести себя, как мудак!
— О, я еще и веду себя…
— Я все знаю! Ты все рассказал! Поэтому да! Ты мудак, если думаешь, что я сделаю вид, будто этого не было!
Застываю. Мое лицо сейчас, наверно, выглядит как маска.
Что ж. С другой стороны — этого следовало ожидать…
— Как ты вообще здесь оказался? — спрашиваю тихо, он фыркает.
— Сам как думаешь?!
Я хочу, чтобы было не так, как я думаю…
— Лиза мне позвонила!
Блядь.
Нутро покрывается дикой дрожью.
— Она…она тоже слышала? — еле говорю.
Если она знает…это конец. Твою мать! Это конец…Лиза больше никогда не посмотрит на меня, как на мужчину, который сможет уберечь и защитить ее от всего. Я навсегда буду для нее трусом и слабаком…навсегда…
Однако…камень с души все-таки падает, когда Сай на миг прищуривается, но потом мотает головой.
— Нет. Она позвонила и рассказала, что с тобой что-то происходит. Она не дура! Она чувствует все! Попросила приехать к тебе, а сама уехала. Ты ее выгнал!
Да, я помню.
Это было ужасно. Очень больно, неправильно, и каждое слово резало мне щеки изнутри, кромсало язык, пока я буквально выталкивал их из себя, но…
— Надо было сделать это раньше, — говорю тихо и снова беру вилку.
Сая такой ответ не устраивает.
— Ты охерел?! Какой раньше?!
— Это правда, брат. Ей лучше будет без меня…
— Но…
— Хватит!
Только взял — сразу и швыряю. Столовый прибор отлетает от стойки и падает куда-то, сам я вскакиваю. Бессмысленный треп! Хватит! Особенно о ней…
— Я не буду, блядь, об этом говорить! Забудь! Точка!
— Я сказал…
— Это было давно! — ору в голос, — А я тебе не баба, чтобы сопли на кулак наматывать. Со мной все нормально!
Какое мерзкое вранье, сударь. Отвратительно просто. Хочется душ принять…
Кстати, хорошая идея. Чтобы смыть этот позор с себя одного душа, правда, будет мало, но это неплохое начало, а?
Разворачиваюсь, только вот делаю всего пару шагов, потому что в спину мне летит…
— Она не успела тебе сказать, да?
Резко замираю. Также резко оборачиваюсь.
— О чем ты?!
Вдруг у Лизы что-то случилось? я помню, она же хотела поговорить…вдруг что-то случилось, а ты снова намудил? Твою мать…
— Что с ней?!
Шагаю обратно, Сай фыркает.
— Очухался?
— Я СПРОСИЛ! ЧТО С ЛИЗОЙ?!
Сердце ускоряется за секунду на максимум. Я жду ответа, как до этого ничего не ждал…ни разу. Ни одного, гребаного раза.
— Все с ней нормально! Угомонись!
Не слышу. Пока не получу ответ, не успокоюсь — подскакиваю и хватаю брата за грудки.
Мне почему-то так страшно…вдруг с ней что-то случилось, а меня не было рядом?…
— Говори! ЧТО С ЛИЗОЙ?!
— Ты ебнулся?!
— ДА ГОВОРИ!
— Все с ней нормально! Лиза беременна!
Простое слово иногда равняется камню по темечку. В моем случае это так.
Я даже не помню, как отступаю от брата. Потому что все вокруг кружится, а сердце в груди барабанит…
Беременна…
Моя Лиза…
Моя девочка беременна…у нас…ребенок. Будет ребенок! У нас!
Улыбаюсь совершенно по-дурацки. Глаза на мокром месте. Поднимаю их на Сая, из груди рвется новый, счастливый смешок.
Он тоже улыбается в ответ…
— Это правда? — тихо уточняю, кивает.
— Правда, Адам. Ты скоро станешь отцом…
В груди моей столько любви сейчас. Больше не болит. Не бьет. Одно тепло, которое медленно разливается по телу.
Отцом…
Я буду отцом…
Брат подходит ближе и кладет руки мне на плечи. Смотрю на него. Все еще ошарашенный…
— Адам, послушай меня, окей?
Киваю автоматически.
— Я знаю, что…ты не хочешь говорить о том, что произошло, но…надо, брат. Надо говорить.
Не понимаю. При чем здесь это?!
Сай будто мысли мои читает и снова кивает.
— Ты должен…справиться с тем, что произошло. Ты должен излечиться. Уже не ради себя, пойми. Ты больше не один. У тебя теперь есть семья…
— У меня она давно есть.
— Знаю, но чем твое молчание помогло?
Отвожу взгляд. Ничем, блядь. Все максимально плохо…
Она же никогда меня не простит…
И снова. Сай делает это снова…
