Стару и Кэтлин, бросившим часть себя в прошлом, теперь стало легко и вольно. В щели сочился туман; Кэтлин спокойным, медленным жестом, приковавшим все внимание Стара, сняла розово-голубую шляпу и положила ее под ремень на заднем сиденье. Встряхнув волосами, она перехватила взгляд Стара и улыбнулась.
Ресторан с дрессированным морским львом маячил на берегу ярким сгустком света. Стар, опустив боковое стекло, вглядывался в дорогу; через несколько миль туман рассеялся, дорога свернула к дому на мысе. Здесь из-за облаков светила луна, над морем реял неверный сумеречный свет.
Дом за это время словно распался на отдельные части: мокрые брусья дверной коробки, нагромождение непонятных предметов высотой по пояс, на которые Стар и Кэтлин натыкались по пути в единственную отделанную комнату. Здесь пахло опилками и влажным деревом, и когда Стар обнял Кэтлин, в полутьме они различали лишь глаза друг друга. Через минуту плащ упал на пол.
– Подожди. – Она не хотела спешить. Пусть ее переполняли счастье и желание, однако вся эта история ничего не сулила – и Кэтлин пришлось остановиться на миг: вспомнить начало, вернуться на час назад и понять, как же все произошло. Замерев, она слегка повела головой из стороны в сторону – как прежде, только медленнее, не отрывая взгляда от его лица. И почувствовала, как его охватывает дрожь.
Он понял это и ослабил объятие; Кэтлин тут же заговорила – резко, призывно – и притянула его лицо к своему. Обнимая Стара одной рукой, она движением колен сбросила что-то и откинула прочь. Стар, уже не дрожа, вновь обнял ее – и вместе они опустились на пол, покрытый плащом.
Потом они молча лежали; Стар, переполненный любовью и нежностью, сжимал ее в объятиях так, что треснул стежок на платье – легкий звук вернул их к реальности.
– Вставай, я помогу, – шепнул он, беря Кэтлин за руки.
– Подожди, не сбивай с мысли.
Лежа в темноте, она бесцельно думала о том, каким талантливым и неутомимым будет ребенок, – и через некоторое время протянула руки, чтобы Стар ее поднял.
Когда она вернулась, комнату освещала электрическая лампочка.
– Одноламповая система, – объяснил Стар. – Выключить?
– Нет, так хорошо. Хочу тебя видеть.
Они уселись на дубовом подоконнике, соприкасаясь подошвами.
– Ты кажешься таким далеким… – шепнула Кэтлин.
– Ты тоже.
– Удивительно, правда?
– Что именно?
– Что нас опять двое. С тобой тоже так? Думаешь и даже надеешься, что получится быть одним нераздельным, а потом оказывается, что вас все-таки двое.
– Ты мне очень близка.
– Ты мне тоже.
– Спасибо.
– И тебе спасибо.
Оба засмеялись.
– Ты этого и хотел? Вчера вечером?
– Неосознанно.
– Интересно, когда все решилось, – задумчиво проговорила она. – Вроде бы ходишь и знаешь, что ничего не будет. А потом вдруг раз – и оказывается, что это судьба. И иначе никак, хоть весь мир перевернись.
В ее словах звучала опытность; Стар, к своему удивлению, обнаружил, что такая Кэтлин ему нравится даже больше. Настроенный заново прожить – а не повторить – прошлое, он признал, что так и должно быть.
– Во мне много от шлюхи, – ответила она его мыслям. – Видимо, потому я и не распознала Эдну.
– Какую Эдну?
– Ту, кого ты принял за меня. Ты ей звонил. Она жила напротив, только теперь переехала в Санта-Барбару.
– Она и вправду шлюха?
– Да. У вас это называется «девушка по вызову».
– Забавно.
– Будь она англичанкой, я бы сразу ее раскусила. А здесь она не отличалась от прочих. Призналась мне только перед отъездом.
Заметив, что Кэтлин зябко повела плечами, Стар встал и укутал ее плащом. Затем открыл шкаф, на пол вывалились подушки и пляжный матрац. Нашлась и упаковка свечей; Стар зажег их по всей комнате, а на место лампочки присоединил обогреватель.
– Почему Эдна меня боялась? – вдруг спросил он.
– Потому что ты продюсер. С ней приключилась когда-то неприятность – с ней или с подружкой. А еще она непроходимо глупа.
– А как вы познакомились?
– Она зашла в гости, по-соседски. Может, увидела во мне такую же падшую сестру, не знаю. Вполне милая, все повторяла: «Зови меня Эдной, ну пожалуйста, называй просто по имени», – в конце концов мы стали общаться.
Кэтлин поднялась с подоконника – Стар устилал его подушками.
– Помочь? – спросил она, когда он подкладывал подушку ей под спину. – Сижу и бездельничаю.
– Неправда. – Он привлек ее к себе. – Не вставай, сейчас согреешься.
Они помолчали.
– Я знаю, почему ты меня заметил, – сказала она чуть погодя. – Эдна доложила.
– Что доложила?
– Что я похожа… на Минну Дэвис. Мне и раньше говорили.
Он чуть отстранился и кивнул.
– Вот здесь. – Она тронула скулы и чуть сжала пальцами щеки. – Здесь и здесь.
– Да. Так странно… Ты похожа на нее настоящую, на экране она была другой.
Кэтлин встала – словно боялась продолжать тему.
– Я уже согрелась.
Она подошла к шкафу и заглянула внутрь, затем вернулась в коротком переднике с прозрачными снежинками и критически оглядела комнату.
– Все ясно, мы только что вселились. Потому-то в комнате гулко.
