Биг-Бен бьет пол-одиннадцатого.
Хрюкач
Рыжий. Днем с Живчиком четыре бритвы в «Вулворте» стырили. Поскоблюсь завтра коло чертовых фонтанов, мыльца бы токо где стрельнуть.
Глухарь. Когда стювартом был в «Восточном пароходстве», два дня видал, как индийцы в ихних катамаранах черепах себе ловят океанских во каких здоровенных, как стол целый.
Миссис Уэйн. Вы то есть ранее были духовным, сэр?
Мистер Толлбойс
Рыжий
Слава те Господи! Живчик идет. Щас будет бесплатный розлив.
Миссис Бендиго. Когда до черта уж наждешься.
Чарли. А че, брат, вышло, что уволили досрочно? Обычные дела? Девушки из церковного хора сразу в дамки?
Миссис Макэллигот. Не сильно скор ты бегать-то, а, парень? Плескай уж, дай глотнуть, пока язык со рта клятого не отпал.
Миссис Бендиго. Отлезь, Папуля! Прям уселся на мой сахар!
Мистер Толлбойс. «Девушки» исключительно для благозвучия. Обыкновенные байковопанталонные силки на холостое духовенство. Куры церковные – украшательницы амвонов, начищательницы подсвечников, девицы старые, с летами все костлявее и безнадежнее. Особый демон им назначен: вселяется, как только стукнет тридцать пять.
Живчик. Сука старая кипятку не давала. Бегал, искал какого фраера, чтоб пенни выскулить на воду.
Хрюкач. Да врешь ты! Сам небось пожрал и нахлебался.
Папуля
Чарли. Адские тетки, сиськи виснут, как ремни для правки бритв? Знаю таких.
Проныра-Ватсон. Чай – пойло драное. Хотя лучше какавы, которая в тюряге. Дай-ка, браток, кружку.
Рыжий. Стой, я ще банку молочную раздырявлю. Есть у кого хорошее перо?
Миссис Бендиго. Потише с моим драным сахаром! Мне прям вот интересно, кто покупал-то его?
Мистер Толлбойс. И «сиськи виснут, как ремни для правки бритв»? Благодарю тебя за тонкий юмор. Особенно пристальное внимание на страницах «Пиппинс Уикли»: «Тайный роман исчезнувшего каноника. Интимные откровения». А также «Джон Булль», поместивший «Открытое письмо Шакалу в сутане пастыря». Прискорбно – шел на повышение в чине.
Чарли. А вон и Флорри. Точно знал, что, как чай заварим, она подвалит. Адский нюх у девчонки на угощение.
Хрюкач. Эхма, всю жисть куски выстукивать.
Миссис Макэллигот. Ай, бедна детка, мозгами не думат. Почем на Пиккадилли не ходить, не снимать кажду ночь по пять бобов? Пользы ей нету тута шляться круг старых бродяг попрошайных.
Дороти. Это нормальное молоко?
Рыжий. Нормальное?
Чарли. С удачей, Флорри? Видал, ты кавалера зацепила, хорош?
Дороти. На нем написано: «Младенцам непригодно».
Миссис Бендиго. Ну, ты-то вроде бы уж не младенец драный. Бросай-ка, милая, свои фасоны букингемские.
Флорри. Кофем да сигареткой угостил, скупердяй вшивый! А у тебя, Рыжий, что, чаю тут есть? Рыжуленький, ты мой самый любимчик.
Миссис Уэйн. У нас ведь обществом тринадцать!
Мистер Толлбойс. Не извольте беспокоиться, ибо обеда ни в коем случае не подадут.
Рыжий. Давай, господа-дамы! К чаю накрыто. Бери кружки!
Живчик. Ой, Боже! У меня ж даже полчашка не налитая!
Миссис Макэллигот. Так, ну за все нам счастливы дни и завтра бы ночевку получшее! Я бы вот в церковь схоронилась, да они, б…, не пущают со страху, что им блох нанесешь.
Миссис Уэйн. Что ж, не в такой совсем манере, как я привыкши чашечку чайку, но все ж таки…
Чарли. Адский чаек!
Глухарь. На пальмах на кокосовых все попугаи, хвосты зеленые поболе ярда.
Мистер Толлбойс.