Они ещё долго старались уговорить юношу, но ничто не могло изменить его решения, так что наконец граф и графиня уступили. Когда слуга уже хотел унести обратно платье и ранец, Феликс вспомнил о драгоценном уборе, про который он совершенно забыл в эти радостные минуты.
– Да! – воскликнул он. – Позвольте мне только, графиня, кое-что взять из моего ранца; остальное всё будет ваше!
– Распоряжайтесь как вам угодно, – отвечала графиня, – хотя я охотно сохранила бы всё, но уж берите то, что не хотите оставить в наследство. Однако, смею спросить, что же это так мило вашему сердцу, чего вы не можете мне оставить?
В это время Феликс открыл свой ранец и вынул оттуда коробку из красного сафьяна.
– Всё, что принадлежит мне, вы можете взять! – отвечал он с улыбкой. – Но это принадлежит моей милой крестной матери. Это я сам работал и теперь должен отнести ей. Это убор, уважаемая графиня, – продолжал он, открывая коробку и передавая её, – это убор, над которым я пробовал свои силы.
Графиня взяла коробку. Но, бросив на неё взгляд, она в изумлении отступила назад.
– Как, эти камни? – воскликнула она. – И они предназначаются для вашей крестной, говорите вы?
– Да, – отвечал Феликс. – Крестная прислала мне камни, а я оправил их и теперь еду, чтобы самому отвезти их ей.
Графиня растроганно посмотрела на него. Слезы брызнули у неё из глаз.
– Так ты Феликс Вернер из Нюрнберга? – воскликнула она.
– Совершенно верно. Но откуда вы так скоро узнали моё имя? – спросил юноша, с удивлением смотря на неё.
– Вот поразительное предопределение судьбы! – обратилась растроганная графиня к своему изумлённому мужу. – Ведь это Феликс, наш крестник, сын нашей камеристки Сабины! Феликс! Ведь я та, к которой ты едешь! Ведь ты спас свою крестную мать, совершенно не подозревая этого!
– Как? Вы – графиня Сандау, так много сделавшая для меня и для моей матушки? Как мне благодарить благосклонную судьбу, которая так удивительно свела меня с вами! Так я имел возможность выразить вам свою признательность, хотя бы в такой незначительной степени!
– Ты сделал для меня больше, – возразила графиня, – чем я для тебя. И пока я жива, я буду стараться показать тебе, как бесконечно все мы обязаны тебе. Пусть мой муж будет тебе вместо отца, дети – братьями и сёстрами, а сама я буду тебе матерью. Этот убор, который привёл тебя ко мне в минуту величайшей беды, будет моим лучшим украшением, потому что он постоянно будет напоминать мне о твоём благородстве.
Так сказала графиня и сдержала своё слово. Она оказала щедрую поддержку счастливому Феликсу в его путешествии. Когда же он вернулся назад, уже искусным мастером своего дела, она купила ему в Нюрнберге дом и прекрасно обставила его. Великолепным украшением его лучшей комнаты были превосходно написанные картины, изображавшие сцены в лесной харчевне и жизнь Феликса среди разбойников.
Феликс поселился там как искусный золотых дел мастер, и слава его искусства сплелась с молвой о его удивительном героизме, привлекая к нему покупателей со всей страны. Множество иностранцев, проезжая через красивый Нюрнберг, просили вести их в мастерскую «знаменитого мастера Феликса», чтобы взглянуть и подивиться на него, а также чтобы купить у него какую-нибудь прекрасную драгоценную вещицу.
Но самыми приятными для него посетителями были слуга графини, механик, студент и извозчик. Последний, проезжая из Вюрцбурга в Фюрт, всегда навещал Феликса. Слуга графини почти каждый год привозил ему подарки, а механик, обойдя все страны, поселился наконец у Феликса. Однажды посетил Феликса и студент. Теперь он сделался важным лицом в государстве, однако не стыдился поужинать у мастера и механика. Они вспоминали разные сцены из происшествия в корчме, и прежний студент рассказал, что видел в Италии предводителя разбойничьей шайки. Он совершенно изменился к лучшему и честно служит в войсках неаполитанского короля.
Феликса очень обрадовало это известие. Хотя без этого человека он, может быть, и не попал бы в такое опасное положение, однако без него он не мог бы и освободиться из рук разбойников. Вот почему у смелого золотых дел мастера сохранились только радостные и тихие воспоминания, когда он думал о том, что произошло в шпессартской харчевне.
notes
Примечания
1
Ботникова А. Б. Предисловие к сборнику: Гауф В. Избранное, М., Радуга, 1986 – на нем. яз.
2
Султан – здесь: украшение на головном уборе в виде вертикально укреплённого перьевого или волосяного пучка.
3
Калиф (халиф) – титул правителя у мусульман.
4
Визирь – в некоторых странах Востока: министр, высший сановник.
5
Я превращаюсь.
6
Локоть – как мера длины известен у многих народов мира; в среднем равнялся 6–7 ладоням (45–52 см).
7
Караван-сарай – постоялый двор для караванов на торговом пути; дом для отдыха в ненаселённых местах, служащий кровом и стоянкой для путешественников.
8
Дервиш – мусульманский нищенствующий монах.
9
Султан – высший титул правителя в исламских государствах, единоличного представителя светской власти, в противоположность имаму – религиозному авторитету.
10
