Включаю кран и пытаюсь смыть обиду. Конечно, это только усугубляет проблему с тушью, размазывая черноватый след по всему лицу.
Я никогда не брала с собой туалетные принадлежности к Джейсу, поэтому ищу в шкафах какой-нибудь лосьон, который можно было бы использовать вместо средства для снятия макияжа. Нахожу только тюбик лосьона после бритья. Я выдавливаю немного на ватный диск. Он белого цвета, кремовой текстуры и очень похож на увлажняющий крем. Вроде так и должно быть.
Я пожимаю плечами и выдавливаю на диск ещё немного средства, а затем протираю им всё лицо и глаза. Через пять секунд я чувствую себя так, будто моя голова телепортировалась на Северный полюс во время извержения вулкана или была заперта в горящем кубике льда. Моя кожа словно замерзла и горела одновременно. Я быстро сбрызгиваю себя водой, пытаясь смыть это смертоносное ощущение.
Вслепую я достаю полотенце Джейса и вытираю им своё уже чуть менее раскалённое лицо. Когда я встречаю свой взгляд в зеркале, меня накрывает истерика. Я думала, что вид бешеного енота — это уже крайний случай, но добавьте сюда налитые кровью глаза и пылающий цвет лица, и вы узнаете одного из тех красных монстров из «Лабиринта», только перемазанного тушью.
Я обвиняюще смотрю на злополучный тюбик и читаю этикетку.
Наверное, мне следовало сначала прочитать это.
Придётся подождать, пока я не доберусь до аптечки в своём рабочем столе. Поскольку от квартиры Джейса до работы гораздо ближе, я сразу же отправляюсь на практику, пропустив завтрак. Мой желудок слишком вял для еды.
На мне всё тот же наряд, что и вчера вечером. Ну, по крайней мере, такой вид подходит для работы, если не учитывать состояние моего лица.
♥♥♥
Ворвавшись в клинику, я игнорирую шокированное выражение лица администратора, и несусь со всех ног в свой кабинет, сразу же пытаясь привести лицо в порядок. Как только моё лицо выглядит немного менее пугающим, я возвращаюсь в приёмную и прошу оповестить меня, как только придёт доктор Коллимор.
— Не могли бы вы также отменить все несрочные приёмы доктора Барлоу и перенаправить остальные ко мне или доктору Коллимору.
Бетти кивает.
— Всё в порядке, доктор Арчибальд?
— Нормально, — говорю я и возвращаюсь в свой кабинет, чтобы спрятаться.
Оседаю на стуле, молча осыпая проклятиями потолок.
Я могу это сделать. Свадьба во вторник. Семь дней не считая сегодня. Так что в худшем случае мне придётся подождать всего шесть дней, прежде чем поговорить с Джейсом.
Шесть коротких, невероятно длинных дней.
Джейс
Когда посреди ночи я доезжаю до родительского дома у озера, мой телефон оказывается разряженным. Зарядку я ожидаемо с собой не взял, как и сменную одежду, только кошелёк и сдохший телефон.
Зарядки которого хватило только для того, чтобы заказать Убер сюда от дома Лори.
Я использую запасной ключ, лежащий под ковриком, чтобы отпереть дверь. Охранная панель подаёт сигнал о начале обратного отсчета. Я ввожу код и отключаю сигнализацию.
В доме темно и холодно. Я снимаю ботинки и включаю отопление. Дом будет прогреваться всю ночь, а может, и больше. В темноте я нахожу лестницу и попадаю в свою старую комнату.
Из-за холода я не раздеваюсь. Вместо этого открываю шкаф в поисках более тёплой толстовки и пары запасных одеял.
Сев на край односпальной кровати, я закрываю глаза и вдыхаю полной грудью знакомые запахи вокруг. Старое дерево, кедовый орех и слабый запах пыли всегда присутствуют в доме, если им давно не пользовались.
Моя комната — это чердак с высоким потолком и широкими окнами, выходящими на озеро. Джессика всегда донимала меня тем, что у меня большая комната. И она была права. Вид на озеро — роскошь для такого неудачника, как я.
Лунный свет отражается от фотографий в рамке, висящей на стене. Луч света падает в угол, где лежат несколько разбросанных игрушек, забытых, как и я сам. Тот самый плюшевый медведь, с которым я спал в детстве, покоится на комоде. Я беру его в руки. Мягкий, потёртый мех не помогает снять напряжение или боль в груди. Я дома, но моя жизнь по-прежнему рушится.
Я опускаю голову и вздыхаю.
По дороге сюда у меня было достаточно времени, чтобы понять, что я не должен злиться на Эйдена. Если они с Лори хотят быть вместе, я ничего не могу с этим поделать. У меня нет права расстраиваться. В то время как он имеет полное право ненавидеть меня за то, что я разлучал их так долго. Считайте, мне повезло, что он до сих пор называет меня своим другом. Если бы я сдался много лет назад, они не потеряли бы столько времени, а я бы давно перестал держаться за безнадёжную мечту. Сейчас мне было бы гораздо лучше.
Зачем тогда прятаться здесь?
