— Это значит, что в ГДР велась, по-видимому, работа по созданию ядерного оружия. Интересно, правда? Жаль, что мне никогда не приходило в голову заняться этим вопросом, — тихо, словно про себя, заметил Бок. — Так что от меня требуется?
— Я хотел бы, чтобы ты поехал в Германию и нашел там кого-нибудь — по вполне очевидным причинам нам хочется, чтобы это был только один человек, для оказания помощи.
Вернуться в Германию? — спросил себя Бок.
— Для этого мне понадобится…
Куати бросил ему на колени конверт.
— Веками Бейрут был перекрестком торговых путей. Там готовят документы, которые лучше подлинных.
— Тебе нужно немедленно переехать в другое место, — сказал Бок. — Ты должен исходить из того, что если меня арестуют, то узнают все, что мне известно. Они сломали Петру, так что в состоянии сломать меня или кого угодно.
— Я буду молиться о твоей безопасности. В конверте есть номер телефона. Когда ты вернешься, нас здесь больше не будет.
— Когда мне выезжать?
— Завтра.
— Увеличиваю ставку еще на десять центов, — сказал Райан, заглянув в карты.
— Блефуете, доктор, — ответил Чавез, глотнув пива.
— Я никогда не блефую, — бросил Джек.
— Я — пас. — Кларк положил карты на стол.
— Так все говорят, — заметил сержант ВВС. — Принимаю девять и ставлю двадцать пять.
— Открываем, — потребовал Чавез.
— Три валета.
— Куда мне с восьмерками, — проворчал сержант.
— Но не одной масти, док. — Динг осушил стакан с пивом. — Итак, я выигрываю пять баков.
— Никогда не считай выигрыш, пока он еще на столе, сынок, — посоветовал ему Кларк.
— Эта песня мне не нравится, — ухмыльнулся Чавез. — А вот игра по душе.
— Я считал, что пехота — никудышные картежники, — недовольно буркнул сержант. Он проигрывал уже три доллара, хотя и был отличным игроком в покер. Во время продолжительных перелетов сержант практиковался с политическими деятелями — если им требовался хороший партнер.
— Первое, что узнаешь в ЦРУ, — как метить карты, — объяснил Кларк, отправляясь за выпивкой.
— Мне всегда казалось, что нужно пройти обучение на Ферме, — заметил Райан. Он оставался при своих, но всякий раз, когда у него подбирались хорошие карты, у Чавеза оказывались еще лучше. — В следующий раз вместо меня будет играть жена — тогда вы все пожалеете.
— Она действительно здорово играет? — поинтересовался Чавез.
— По профессии она хирург и сдает так ловко, что может обмануть профессионального игрока. А карты ей нужны для поддержания ловкости рук, — объяснил Райан усмехнувшись. — Я никогда не позволяю ей сдавать.
— Миссис Райан не способна на такое, — заметил Кларк, опускаясь на свой стул.
— Твоя очередь, — сказал Динг.
Кларк принялся тасовать карты, проделывая эту операцию с незаурядным мастерством.
— Как ваше мнение, док?
— О Иерусалиме? Лучше, чем я ожидал. Согласен?
— Когда я был там в последний раз — году в восемьдесят четвертом, по-моему, — Боже, мне показалось, что я снова в Олонгапо на Филиппинах. Запах напряженности, беспорядков. Вроде ничего не видно, но может разразиться в каждый момент. Все время чувствуешь, что за тобой наблюдают. А сейчас стало спокойнее, намного спокойнее. Сыграем в пятикарточный покер? — предложил Кларк.
— Ставки по выбору сдающего, — оживился сержант. Кларк раздал всем по карте «рубашкой» кверху, затем по второй, открывая их. — Девятка пик — военно-воздушным силам. Пятерка бубен — нашему испанцу. Дама треф — доктору. А что сдающему? Сдающий получает туза. Итак, туз ставит двадцать пять центов.
— Ну так что, Джон? — спросил Райан после того, как все сделали ставки.
— Вижу, ты действительно полагаешься на мою наблюдательность, Джек. Через пару месяцев будем знать точно, хотя мне кажется, что все идет нормально. — Он раздал еще по карте. — Флешь-рояль представителя военно-воздушных сил. Извольте назвать ставку, сэр.
— Еще двадцать пять центов. — Сержант чувствовал, как везение вернулось к нему. — Израильская служба безопасности тоже подобрела.
— Вот как?
— Видите ли, доктор Райан, израильтяне строго заботятся о безопасности. Всякий раз, когда мы прилетаем туда, они тут же воздвигают забор вокруг самолета, понимаете? На этот раз забор был не таким высоким. Я поговорил с парой охранников, и они признались, что чувствуют себя лучше, будто опасность уменьшилась — неофициально, между нами, так сказать. Раньше они даже не разговаривали. Похоже, многое изменилось.
Райан улыбнулся и решил воздержаться от ставок. Его восьмерка, дама и двойка и так никуда не денутся. Подобный ход никогда не подводит. Всегда получаешь от сержантов более надежную информацию, чем от генералов.
— Итак, перед нами, — Госн открыл книгу на нужной ему странице, — израильский вариант американской атомной бомбы М-12. Она сконструирована с увеличенной мощностью взрыва.
— Что это значит? — спросил Куати.
— Это значит, что в момент начала взрыва в ядро впрыскивается тритий. В результате создается больше нейтронов, что резко увеличивает эффективность реакции распада. Поэтому для бомбы требуется относительно небольшое количество расщепляемых материалов…
