Все тайны экстрасенсов полностью

Подобное мировоззрение замечательно и даже более внятно изложено Робертом Хайнлай-ном в романе «Чужой среди чужих» (1961 г.): «Ты есть бог… Тот, кто грокает… Энн есть бог. Я — бог. Счастливые травы — бог. Джил всегда грокает красоту. Джил — бог. Все формируют, делают и творят вместе…» Для восприятия данной концепции Хайнлайна нужно учитывать, что «гроканье» в романе — это «марсианский» термин, придуманный писателем и обозначающий полное понимание, вплоть до слияния с наблюдаемым объектом.

Вот это понимание, слияние с наблюдаемым объектом является причиной большинства нервных срывов экстрасенсов во время испытаний. Алексей Похабов описывает это следующим образом: «Если вы смотрели «Битву экстрасенсов», то могли видеть, как многим во время испытаний становилось плохо, они начинали кричать, блевать, плакать, просить прекратить испытание… А все потому, что эти сигналы, чувствуются и нервной системой. Представьте, что вы смотрите на фотографию человека, который в данный момент успешно разлагается в гробу. Вы начнете чувствовать разложение тканей на собственной шкуре. Мозг как бы отдаст приказ клеткам разлагаться. Иммунная система будет не согласна и выдаст огромную порцию энергии на поддержание организма. Эти сигналы перемешаются, и, поверьте, вам будет очень, мягко говоря, неприятно».

Аналогично описывала свои ощущения от «просмотра» умерших и Татьяна Ларина, питерская ведьма, одна из финалисток пятнадцатого сезона «Битвы экстрасенсов».

Но никакие объяснения не помогут понять, что именно чувствует медиум в процессе такого испытания «Битвы». Это можно лишь почувствовать на собственной шкуре, никак иначе. А так как понимания нет, то любой медиум выглядит истеричным ребенком. Разве же можно отдать ребенку первенство в каком-либо соревновании, где принимают участие взрослые? Никоим образом! А ведь рядом с медиумом находятся и другие экстрасенсы, которые не впадают в истерику, не плачут и не кричат, даже если им показывают фотографии людей с особенно страшной судьбой. Они выгодно отличаются от проливающего слезы медиума. И чем спокойнее и увереннее в себе выглядит экстрасенс, тем более увеличиваются его шансы на победу в зрительском голосовании, потому что он выглядит взрослым и знающим — в полном соответствии с нашими детскими представлениями, живущими в подсознании.

Но стоит медиуму перестать быть настолько чувствительным, а точнее — перестать казаться таким чувствительным, стоит ему приобрести таинственный и строгий вид настоящего волшебника, мага, колдуна, да еще и оказаться мужского пола, и мы получим Александра Шепса, победителя четырнадцатого сезона «Битвы экстрасенсов». Александр Шепс — медиум. Но на экране не было видно ни слез, ни истерик, он всегда спокоен, собран, сконцентрирован. Чем-то его манера поведения напоминает солидного доктора: «Ну что у нас тут? Больной, откройте рот, высуньте язык… подальше, подальше… Очень хорошо! А тут болит? А вот здесь? Замечательно! Будем лечить!» — и это подкупает. Особенно женскую аудиторию — все же для женской аудитории гораздо привлекательнее мужчины, тут уж ничего не поделать, таков закон природы. И очень даже симпатичная Мерилин Керри проигрывает Александру Шепсу не потому, что он оказался сильнее — об этом практически невозможно судить, исходя из урезанных кадров шоу, но потому, что он — мужчина, а голосуют в основном женщины.

Конечно, тут нельзя забывать и о монтаже. Монтаж в «Битве экстрасенсов» нередко можно заметить невооруженным глазом. Так, во время пятнадцатого сезона «Битвы» на испытании с разбитым мотоциклом, у Екатерины Борисовой справа на переносице сначала имеется довольно большое темное пятно, которое практически тут же исчезает. Но при этом создается впечатление, что она говорит без каких-либо пауз, совершенно связным текстом без пропусков. И если бы не пропавшее внезапно пятно (а она не вытирала лицо), то можно было бы подумать, что никаких «подрезок» и нет вовсе. Но ладно пятно, не в нем суть.