– Конечно. До тебя что, так и не дошло? Речь идет о предумышленном убийстве. Он записал на кассету разговор с тобой, следовательно боялся и решил подстраховаться.
– Разговор он мог записать год назад или два…
– Вынужден тебя разочаровать. Запись перед этой датирована, так что записать разговор он мог только вчера вечером.
– Тебе не кажется странным, что предыдущая запись датирована? Много там таких записей?
– Ты по-прежнему утверждаешь, что тебя подставляют?
– Конечно. Ты думаешь по-другому?
– Думаю. Совершено убийство, есть запись разговора, есть свидетель, который видел, как вчера днем вы на повышенных тонах разговаривали с убиенным в его кабинете…
– Кто этот свидетель?
– Да пошла ты к черту, – взорвался Волков. – Разговор имел место…
– Допустим, только…
– Заткнись. Ты рассказываешь мне сказки, а в гараже стоит машина со свежими вмятинами, и у меня пять человек свидетелей, что за рулем “Мицубиси” сидела блондинка, и все это…
– Волков, зачем мне его убивать? – перебила его я, стараясь не впадать в панику.
– Не знаю, – зло ответил он, разводя руками. – Но если твоя машина стояла в гараже…
– Я ее не брала.
– Где ты была этой ночью?
– Говорю тебе, я выпила лишнего…
– В каком баре ты подцепила парня?
– Не в баре, он пристал ко мне на улице.
– У тебя есть свидетели? Кто-нибудь тебя видел?
– Меня видел сосед Черника. Какого черта ты меня не слушаешь? Я же сказала, в тот момент, когда Черник погиб, я влезла в его квартиру через балкон.
– Надеюсь, сосед это подтвердит. Само собой, разговор с Черником по телефону ты не записала?
– Конечно, с какой стати?
– Значит, нет никаких доказательств, что звонок был?
– Волков…
– Заткнись. Имей в виду, – ткнув в меня пальцем, устало сказал он, – если выяснится.., если никакого соседа нет и алиби тоже нет, я палец о палец не ударю… Нет, я тебя собственноручно в тюрьму отправлю, даже если самому придется… Я не буду покрывать убийц за ваши паршивые деньги. Поняла? Не буду.
– Не ори, – вздохнула я, налила водки в две рюмки, залпом выпила свою, вторую подвинула Волкову. – Черник вчера здорово нервничал, – заметила я, – даже наорал на меня. Ему не понравилось, что мы весь день торчали в офисе.
– Мы?
– Я и заморский гость, то есть…
– Даже в такое время ты не можешь обойтись без дурацких шуточек.
– Ладно, извини. Черник пригласил меня в кабинет и понес какую-то ахинею, дескать, мы ждем, что у него не выдержат нервы. Он был уверен, что я подозреваю его в убийстве девушки.
– А ты подозревала?
– Конечно, хотя это и казалось мне крайне сомнительным. Он в самом деле здорово нервничал. Я посоветовала ему держать себя в руках и удалилась. А вечером он позвонил. И я поехала. Хотя мне очень не понравилось то, что ворота гаража не открылись. Было еще кое-что: мне не понравился сам телефонный звонок. Теперь я уверена, он такая же лажа, как и мой звонок ему. Я приехала и даже обследовала его квартиру, и это не понравилось мне еще больше. Я позвонила Марку, но без всякого толка, и поехала в гостиницу, чтобы переговорить с нашим дорогим гостем, который тоже не отвечал. Когда я подъехала к гостинице, она вовсю пылала. Мне стало тошно, и я напилась. Как попала домой, не помню, но точно знаю, что за руль не садилась.
Волков выпил водки и теперь молчал, он сверлил меня взглядом, но чувствовалось, что душой Волков подобрел. Наконец он спросил ворчливо:
– Кто-нибудь мог взять твою машину?
– Теоретически – конечно.
– А блондинка за рулем? Впрочем, было уже темно, а достать парик не проблема, вот тебе и блондинка. Но главное – сосед Черника. Если он подтвердит твои слова, то снимет с моей души тяжелый камень. Тебе пока лучше сидеть тише мыши. Не вздумай раскатывать на своей машине, доедешь только до первого постового.
– Волков, зачем кому-то понадобилось его убивать? – спросила я.
– А я откуда знаю? Сил нет, как мне осточертели ваши… Ладно, извини. Думаешь, его убийство как-то связано с теми тремя?
– Логично предположить такое, разве нет?
– Не знаю.., не знаю, – со вздохом повторил он.
– Есть еще новости?
– Тебе что, мало?
– Не злись.
– Я думаю, у тебя теперь голова не о том должна болеть, – ехидно заметил он и спросил:
– А этот взрыв? Что это, черт возьми?
– Скоро выборы…
– По-твоему, это все объясняет?
– Ты сам мне советовал подумать о другом.
– Там по меньшей мере три трупа. Слава богу, хоть это не моя головная боль. – Волков налил себе еще водки, выпил и испытующе поглядел на меня. – Наверное, пора уходить на пенсию, – заметил он с тоской.
– Я бы тоже с удовольствием ушла. Он хмыкнул и направился к двери. Остановился, оглядел холл и хмуро поинтересовался:
– У тебя что, кто-то есть?
– Вообще или сейчас?
– Не дури. Я спрашиваю, ты одна в квартире?
– О господи, по-твоему, в таком виде я способна заниматься любовью?
– Я вовсе не это имел в виду.
– А что?
– Да пошла ты к черту, – не выдержал он и наконец убрался восвояси, оставив меня в глубокой задумчивости.
Не успела за ним захлопнуться дверь, как сверху спустился Лукьянов.
– Слышал? – вздохнула я.
– Вы так орали, что подслушивать было ни к чему.
– Что скажешь?
