Каково же было его удивление, когда утром, поднявшись на очередной холм, он поднял взгляд, и глазам открылась просто райская картина. Широкие зеленые заливные луга, разнотравье, последние летние цветы, островки зеленых рощ, вольные птицы, излучина двух спокойных и величественных рек с пологими песчаными берегами. Спокойствие и умиротворенность. Если на минуту забыть, что и в реке, и в лесу, и где угодно может таиться смерть, а сквозь светлые облака никогда не прорвется солнце, можно даже поверить, что ты попал в Эдем — райский сад, где еще никогда не ступала нога человека. Девственная природа, широкие просторы, чистый воздух — хотелось вдохнуть полной грудью, закрыть глаза, расставить широко руки и наслаждаться свежим ветерком… Хотелось жить и радоваться жизни, каждому мигу, который проходит и не вернется уже никогда…
— Здесь красиво, — ни к ком особо не обращаясь, бросил Эдвард.
— Ведуны говорят, что когда-то таким был весь мир. Природа давала человеку все, в чем он нуждался, мир под облаками и голубой мир были тогда едины, но потом пришел тот, кто сотворил зло, навеки закрыл для людей свет небесного огня, и природа стала умирать, лишенная света. Тогда пришел Али-владыка, и дал первому Верному Псу его долг: возродить то, что было. Когда-нибудь мир под облаками и голубой мир вновь станут едины, и долг каждого Верного Пса приближать этот счастливый миг. Так говорят ведуны, и это чувствует каждый из Верных Псов.
— Красивая легенда. Нит, я верю, с вашим упорством — когда-нибудь у вас все получится. Вы обязательно справитесь. А зло… Известно кто его сотворил, — горько вздохнул Эдвард. — Мы, люди, и постарались…
— Сэр, курсант Королевской Военной Академии Эдинбурга Эдвард Гамильтон на экзамен по истории прибыл! Слава Иисусу!
— Королю слава. Ну что, курсант Гамильтон, рад вас видеть в добром настроении. Готовы отвечать?
— Так точно, сэр!
— Тогда начинайте. Что вы там сегодня вытянули интересного…
— Экзаминационный билет номер 21. Первый вопрос. "История веры Христовой в 6–7 веках. Святой Григорий I Великий. Христианство и язычники, проникновение христианства на восток, святой Муххамед Аравийский".
— Вопрос интересный, но мы его, пожалуй, оставим нашим более духовным друзьям, — сыронизировал преподаватель. — Мы же с вами люди светские, зачем нам нужны все эти подробности… Так, курсант Гамильтон? Или Вы все же настаиваете на том, чтоб отвечать?
Эдвард не настаивал. Тему он в общих чертах знал, но она действительно была очень долгой и нудной. Святые, соборы, смерть за веру… Даже легендарная фигура Муххамеда не могла скрасить эту скуку: ну был такой, ну явился к нему во сне сначала дьявол, которого он чуть не принял за архангела Гавриила, но вовремя сообразил, что что-то здесь не так, прозрел и начал нести язычникам-аравийцам слово Христа… Те все равно не поняли. До последнего своим камням-тотемам поклонялись, их еще через пятьсот лет во времена крестовых походов пришлось из Палестины выгонять, хотя сами чуть было через Гибралтар не перешли… Тема нудная, экзаменатор добрый, почему бы не воспользоваться его хорошим настроением?
— Никак нет, не настаиваю. Вопрос второй. "Становление Татарской империи: завоевательные походы монголо-татар 12–13 веков. Падение германо-франкской империи, пиренейский поход татар, татары и Британское королевство".
— Это, конечно, намного интереснее, но слишком просто, это вы точно знаете. Пожалуй, пропустим, что у вас там дальше, третий вопрос…
