– Мне нужна только она. Пусть, даже она и не молода теперь, именно ей бы я сделал предложение.
– А если она уже счастлива с другим?
– Значит, не судьба! Но, она могла бы прийти на назначенное свидание, ради приличия.
– Может, что-то случилось, Ричард?
– Может, Эндрю, но я не хочу об этом думать.
– Извините за нескромный вопрос! А как у вас обстояли дела с той, для которой вы изначально брали розы?
– Я встретил ее позже, – рассмеялся Ричард. – Она оказалась девушкой несерьезной. Я даже рад был тому, что из-за нее – встретил другую! Мне пришлось объяснить ей, что не намерен продолжать с ней какие-либо отношения после ее поведения, и она нисколько не удивилась, заявив, что у нее много поклонников. Мне оставалось пожелать ей только удачи.
– Да, девушки такие! Если красивые, то знают себе цену.
– Они забывают одно. Молодость – не вечна. С годами и красота увядает. Хотя, если они смотрят за собой, то и в преклонном возрасте – весьма привлекательны.
– Снег повалил хлопьями. Я, вспомнив те дни, когда бывал в гостях у своего дяди. Он называл их белыми мухами.
– Белые мухи? – нахмурился Ричард. –Иногда мне кажется, что там наверху бои идут, и именно от этого перья ангелов летят на землю.
– Вот это мысль! А если дождь, то сверху кто-то плачет?
– Именно так, Эндрю! – мой новый приятель улыбнулся и кивнул головой.
– У нас с вами мысли сходятся, – заметил я.
– Эндрю, в этом мире, одни и те же мысли и идеи посещают не один человеческий разум. Автором идеи будет тот, у кого было время, желание и возможность осуществить свой замысел.
– Я тоже так думаю, Ричард. Вспомните двух физиков: Джоуля и Ленца. Они в одно и тоже время, но в разных местах, открыли один и тот же закон. Мир признал их идею и дал новому закону физики оба имени.
– Вот видишь!
Ричард посмотрел на свои часы. По выражению его лица было понятно, что ему нужно было куда-то спешить. Даже влиятельные люди не могут повлиять на время.
– Эндрю, мне нужно спешить. Я рад нашему знакомству! Желаю вам встретить ту самую, ради которой вы сейчас находитесь здесь и мерзнете!
– Спасибо, Ричард! Удачного вам дня!
– Спасибо! Вам тоже!
Он помчался как угорелый. Вот живчик! Мне бы в его годы так бегать!
Я бродил в одиночестве по парку до вечера. Снег облепил деревья и кустарники. Как бы цветы не померзли! Но ведь своим телом их не закроешь от снега и не обогреешь…
Дома я был вынужден пить чай уже с медом, чтобы не заболеть. Я надышался холодным воздухом за весь день так, что почувствовал боль в горле.
Не помню, как меня настиг сон, но проснулся я под звон капели и пение птиц. Ура! Весна вернулась. Солнечные зайчики пощипывали глаза. Какой приятный день! Позавтракать – и в парк. Снег таял, и повсюду были лужи. В них отражалось голубое небо, чистое, пречистое. Солнце было таким ярким, что я пожалел о том, что не взял с собой солнцезащитные очки. Слушая пение птиц, хотелось с ними петь и свистеть от удовольствия. Вновь жужжали пчелы в поисках нектара. Жизнь – прекрасна! Как хочется разделить свои эмоции с Габриэлой! Может, сегодня ее увижу.
Я обошел весь парк, но Габриэлы не заметил. Небольшое разочарование усадило меня на скамейку, где позавчера же сидел, но без капелек воды. Спустя какое-то время, кто-то крепко похлопал меня по плечу.
– Майкл! – вскрикнул я, обернувшись.
– Майкл?
– О-о-о, Ричард, извините! Я обознался.
– А кто такой Майкл? – Ричард смахнул капельки воды рукой с моей скамейке и сел напротив с дельным видом, как будто я на него работал.
– Это долгая история!
– Я могу послушать, – улыбнулся Ричард.
– Вы мне не поверите! – засмеялся я.
– В жизни всякое бывает…
– Да уж! – я вспомнил о событиях позавчера, о которых почему-то не мог рассказать Ричарду.
– О чем задумался, Эндрю? – не унимался он.
– О жизни. Люди живут и даже не догадываются, что тело – это тюрьма для их души.
– А каково тем людям, кто в настоящей тюрьме? Там, где преступники отбывают свое наказание…
– Это и есть, наверное, ад. Ад для души.
– В чем-то ты прав, Эндрю. Только зачем тебе такие скверные мысли? Живи и радуйся жизни. Все в твоих руках.
Он повторил слова Майкла, но я и виду не подал, продолжая гнуть свою линию.
– Ричард, я просто пытаюсь разобраться в смысле жизни. Если душа отбывает своего рода какое-то наказание в нашем теле, то она была сослана сверху кем-то, кто принял такое решение… И что ужасного могла совершить такая душа там наверху?
– Задай этот вопрос священнику.
– Боюсь, он не ответит. Многие религии несут в себе какую-то недосказанность. Много загадок. О чем-то постоянно умалчивается…
– Эндрю, я думаю, когда мы умрем, мы все узнаем.
– Вот именно! Зачем же при жизни людей обнадеживать лучшим миром, которого может и не быть?!
– Они это делают, чтобы контролировать массы. А иначе – хаос. Разве плохо то, что от нас требуют религии и сама вера? Не убивать, не воровать, не завидовать. Посмотри на это с другой стороны. В обществе должен сохраняться порядок.
– Вы говорите, как политик, Ричард.
– Я не люблю политику. Это – грязное дело.
– Я тоже.
– О чем ты еще думаешь, Эндрю?
