День ото дня сох юноша на глазах у матери. Прежде веселый и общительный, он замкнулся в себе. Невыносимо больно было матери видеть его увядание. И боль усиливалась от сознания бессилия помочь сыну, как-то облегчить страдания его. Мать не могла мириться с безысходностью, отнимавшей у нее дитя. В одно утро она сказала сыну:
– Безрадостно мне видеть, как горе съедает тебя. Нет смысла мне в жизни такой. Возьми мое сердце и неси своей возлюбленной!
С этими словами она вырвала из груди свое сердце и протянула сыну. Горько рыдая, понес юноша в своих дрожащих руках сердце матери. Ноги его подкосились от безмерного волнения, и он упал.
– Тебе не больно, сын мой? Не ушибся ли ты? – спросило сердце матери с трепетным волнением, затем содрогнулось… и замерло. Холодная печаль сковала душу осиротевшего юноши. И тогда осознал он, какую непоправимую ошибку совершил.
– Прости меня, мама. Я споткнулся… Но не сейчас, а еще раньше…
