– Эксперименты, наблюдения настоятельно подводили меня и моих коллег к мысли о том, что так должно быть. И нам с Роджером удалось это доказать, – в искусственном голосе стали появляться человеческие нотки. – Как нам узнать теперь – при возникновении Вселенной была ли особая точка сингулярности? В свое время я посвятил немало усилий тому, чтобы убедить в этом ученых. Возражения слышал всегда. Теперь следовало, что Эйнштейн и теория относительности неполна, а, что еще невозможнее, она может быть неверна совсем. Его теория красива и практически идеальна. У нее много поклонников. Но не я. Я и в растерянности, но и в поиске сразу.
– Такие, как ты, всегда считают, что словами могут ответить на этот вопрос. Мне знакомы твои чувства. Я не раз переживал восторг, когда в очередной раз мне открывалась гармония мысли, и страдал от разочарования, когда в ней обнаруживался изъян, неполнота. Как путник, идущий в гору, я видел перед собой кромку земли и ясное небо над ней, думая, что это конец моего пути. Но я подходил ближе, и граница земли и неба оказывалась очередным плато, за которым следовал новый подъем.
– Красивое сравнение. Это как раз то, что случилось с нашей теорией. Спустя какое-то время я понял, что при учете всех эффектов эта точка может исчезнуть. Меня натолкнули на эту мысль выводы квантовой механики. Одна теория показала не то, чтобы неполноту, но некую ограниченность средств другой. Впрочем, это не противоречит основной идее – идее существования начальной точки, – механический голос практически растворился в нормальном человеческом. Только мелкие пощелкивания и хрипы электроники вмешивались в звук.
– Видишь ли сам ты, что нарушаешь главный постулат о бесконечности Вселенной в пространстве и во времени. Твоя идея противоречит этому простому понятию, все ученики знают это с момента входа в мой дом в Кротоне.
Эти двое говорили между собой, как старые знакомые. Из первоначального зрителя, который сидел в первом ряду и ничего не понимал поначалу, я с каждой звучащей фразой осознавал одновременную простоту и сложность происходящего. Я мог дотянутся до каждого из них, но их беседа завораживала. Тишину в паузах ничто не нарушало.
