И решётки. Да не просто решётки — всем решёткам решётки. За несколько метров перед тем как коридор переходил в эту полость, стояла привычная решётка. Но чуть дальше, уже внутри полости, в сорока метрах, была ещё одна, гораздо солиднее всех, что мне довелось видеть.
Активировал Ночное Зрение (в полости не было даже искусственного освещения от магических факелов). Присмотрелся.
— «С ума сойти. Прутья с моё туловище толщиной.»
— «Как я и сказал, прутья в этих решётках толще, чем расстояния между ними.»
Да, монументальная конструкция.
— «И они укреплены?»
— «Руны я и отсюда вижу.»
— «Где рычаги для активации?»
— «Левее… ещё… ниже… вот он. Такой же симметрично с противоположной стороны.»
Разглядел. Рычаг был стилизован под часть пещеры. Будто из стены выпирает каменный отросток. Вся полость была внешне очень похожа на что-то нерукотворное, а образованное самой природой. Стены не были отшлифованы и выровнены. Тут и там валялись камни, были неровности и сколы.
Второй рычаг был с противоположной стороны.
— «Одновременно опустить рычаги и решётка опустится вслед?»
— «Да. Нужно сделать это одновременно и эти рычаги тугие. Гвардейцы опускали их задействовав усиление своих доспехов. И конечно, активация происходит только если к рычагам прикасаются именно гвардейцы.»
— «Тугие? Ты видел, как эта решётка опускается?»
— «Гильрен продемонстрировал мне.»
— «Как быстро?»
— «Под собственным весом.»
Значит, очень быстро.
— «И с той стороны этой полости тоже самое?»
— «Да, такая же решётка.»
— «А ведь это ловушка. Он заманил сюда кого-то и… взорвал или ещё что сделал.»
— «Ты тоже заметил? А вот когда я высказал это предположение Гильрену, он отреагировал довольно резко. Ведь такому как он не нужны ловушки, чтобы побеждать.»
— «Плевать мне откуда это место в замке появилось. Главное, оно мне подходит.»
— «Опустить решётку могут только гвардейцы. Заманить сюда Гильрена ты сможешь только если он тебе это позволит. И самое главное — его эти решётки надолго не удержат.»
— «Посмотрим как сложится.»
Вдалеке я услышал уже привычный звук — очередная решётка опустилась вниз.
Пора начинать.
Развернулся и пошёл в обратном направлении. Здесь я всё уже посмотрел.
И куда мне идти? Могли бы и таблички поставить. Просто погуляю.
Наконец-то! Несколько гвардейцев выскочили из-за угла впереди и начали активно… промахиваться. Пара выстрелов и прячутся за углом. Повторяют. Хотите, чтобы я вернулся? Не хотят. Сзади тоже парочка выскочила. Обошли где-то. Понятно. Хотите, чтобы я повернул в этот боковой коридор. Давайте так и сделаем.
Иду дальше. Поворот. Заглянул за него. Пусто. Идём дальше. Сзади звук опускающейся решётки. Как я и предполагал. Впереди снова гвардейцы. Хотите, чтобы я сюда пошёл? Уговорили. Ещё раз свернул. Куда они меня заманивают? Какой-то большой зал, где смогут поместиться сотня ублюдков?
Снова позади опускается решётка. Сколько их уже за мной идёт? Десять? Пятнадцать? Пора.
Снова поворот. Заглянул. Пусто. Длинный Коридор. Здесь и начнём. Прижался спиной к углу. Не должны заметить.
Вдох. Выдох. Вытащил нож. Вдох. Выдох.
— «Мы ещё не пришли к пункту назначения. Где тебя смерть и заберёт.»
Вдох. Выдох. Начинаю накапливать ману.
— «Что ты собрался делать? Сужение полей зрение, расфокусировка. Тихий стук в ушах. Ты собираешься сделать какую-то дичь. Не рановато? Так и знал, что твоё благоразумие отступит перед боевым безумием.»
Идут. Я слышу. Ошибки быть не должно. Я всё сделаю как задумал. Я их всех!..
Осталось десять метров. Мана гудит в теле. Пора.
Рывок!! Двигаться точно при Рывке непростая задача. Особенно при таком продолжительном. Органы чувств с трудом успевают, мозг тоже не особо спешит обрабатывать информацию. Приходится сильно напрягаться во всех смыслах.
Я оказался перед одним из гвардейцев. Не прерывая Рывок ударил его в плечо, разворачивая к себе спиной. Схватил его сзади одной рукой за лицо, с силой вдавив большой и указательный пальцы в его глаза. Сжал покрепче нож в другой руке. Удар. Рывок закончился.
Через секунду меня расстреляют. Кто от испуга и неожиданности, кто на рефлексе. Надо это исправить.
— Сдаюсь! Я сдаюсь!
Десяток наведённых на меня Карателей замирают без движения. Все на нервах. Не понимают, что творится.
— Сдаёшься? — спрашивает один из гвардейцев.
— Сдаюсь.
— Отпусти его.
— Знаете, я передумал.
— Что??
Артефакты снова крепче сжимаются в руках. Наводятся.
— Эй-эй! Пристрелите ведь своего дружка!
— Отпусти.
— Позже. Ему и так нравится. Правда ведь? — прошептал я на ухо заложнику.
— Что ты несёшь!? — крикнул тот же гвардеец.
— Открой рот. Покажи своим друзьям новую игрушку, — продолжил я нежно шептать на ушко своему временному другу. — Только о-очень аккуратно.
Он выполнил мою просьбу. Я держал его одной рукой за лицо, а второй ударил его ножом снизу… в голову. Пробил подбородок, язык, нёбо. Лезвие было где-то очень близко к его мозгу. Открыв рот, он дал своим коллегам полюбоваться лезвием моего ножа.
— Рахлес! Отпусти его! Живо! — сделал шаг вперёд гвардеец. Всё тот же. Переговорщиком себя почувствовал?
