Натали знала, что хочет стать ветеринаром еще с шести лет. С тех пор она идет по пути к своей мечте — курсы «AP» на протяжении всей средней школы, углубленный курс биологии на втором курсе, ежедневные занятия с репетиторами, когда у нее были проблемы с «AP» физикой, а теперь лето, полное волонтерства и слежки за ветеринарами, пока осенью она не отправится в UMass-Amherst изучать ветеринарные науки.
— Я не думаю, что одновременное волонтерство в трех разных местах физически возможно.
Натали усмехается.
— Ты же знаешь, меня это никогда не останавливало.
Ничто и никогда не могло остановить Натали. Возможно, я подружилась с ней только за шесть месяцев, прошедших с тех пор, как я встречаюсь с Джорданом, но я быстро поняла, к какому именно типу она относится.
— Держу пари, Джойс разочарована, — шучу я. Джойс Шин — мама, которая разрешает своему подростку устраивать вечеринки, пока мы следим за тем, чтобы никто не возвращался домой пьяным. Мама, которая поощряет свою дочь меньше учиться и больше наслаждаться молодостью, потому что, будучи консультантом, который постоянно путешествует, она не наслаждалась ни одним днем своей жизни с тех пор, как окончила колледж.
Отец Натали, с другой стороны, твердит ей из Южной Кореи, что ее пятерка должна быть пятеркой с плюсом.
— Она не понимает, почему я не провожу все лето в бассейне. Она сказала, что кто-то должен им пользоваться.
— Я волонтер. — Я толкаю ее локтем. — Просто постарайся найти время для своей лучшей подруги этим летом.
— Я запишу тебя, — говорит она. — Так Джордан расстроился из-за этих видео?
— Сначала да, — признаю я. — Но сейчас у нас все в порядке.
По крайней мере, я на это надеюсь.
Она слегка гримасничает.
— Держу пари, Джордану не нравится, что Майлз теперь живет в твоем доме. Это должно быть так жутко.
Я напрягаюсь.
— Ты же знаешь, что это всего лишь слухи, верно? Мы понятия не имеем, что с ней случилось. — Я не обязана называть ее имя. Есть только одна
— Мы знаем, что он определенно ударил ее по лицу. Мы все видели синяк под глазом. И я знаю людей в Хартфорде, которые ходили с ним в школу. Слухи обо всех боях и дисквалификациях соответствуют действительности.
Я пожимаю плечами. Майлз, может, и доставляет неприятности, но это не делает его убийцей.
Уведомление на телефоне Натали отвлекает ее, и я нажимаю на экран своего телефона, потому что мне тоже нужно отвлечься. Что-нибудь, что заставит меня забыть о моем новом соседе и о том, что простое упоминание его имени заставляет мое сердце биться быстрее.
У меня появился новый подписчик в Instagram.
Madyoungfan. Тот же дескриптор, что и у того, кто добавил меня в Snapchat.
Нет фотографии профиля, нет постов в ленте или истории, нет подписчиков. Подписан только на один аккаунт.
Мой.
У меня также есть запрос на сообщение.
Что за черт?
Откуда он знает, что я здесь?
Я осматриваю двор Натали, сердце бешено колотится, но там нет ничего необычного. Никто не прячется в лесу, никто не наблюдает за нами с подъездной дорожки.
— Что ты ищешь? — Спрашивает Натали.
— Эээ. Я не знаю. Я только что получила это действительно жуткое сообщение. — Я показываю ей свой телефон.
Когда она читает сообщение, то хмурится.
— Кто этот человек?
— Понятия не имею. Он также добавил меня в Snapchat, но анонимно.
— Ты должна заблокировать его.
— Я заблокировала его прошлой ночью. Он просто создал другую учетную запись.
Я хотела бы, чтобы Джордан был здесь, чтобы он мог обнять меня и успокоить. Сказать мне, что не имеет значения, какие жуткие сообщения и пустые угрозы присылает мне какой-нибудь случайный человек в сети, он защитит меня.
Следует еще одно личное сообщение.
Мое сердце останавливается. По позвоночнику, по тонким волоскам на руках и ногах пробегают мурашки.
На этот раз он прислал мне фотографию. Девушка на тротуаре в зеленом сарафане, босоножках, и с косой. В наушниках, в блаженном неведении о чем-либо или о ком-либо вокруг нее.
Моя фотография.
Кто-то наблюдал за мной по дороге к Натали.
Как я могла не почувствовать на себе его взгляда? Как я могла этого не заметить?
Я хочу вырвать эти наушники и сказать девушке на фотографии —
— Что случилось? — Спрашивает Натали. Когда я показываю ей фотографию, она хмурится, как будто на ней кто-то ковыряет в носу. А не жуткая фотография, которую кто-то сделал со мной, когда я понятия не имела, что за мной наблюдают.
— Как ты думаешь, кто это сделал?
— Я предполагаю, что это Эш.
Тонкие темные брови Натали сходятся на переносице.
— Почему она?
— Она сказала, что знает, что я сделала, и спросила, чувствую ли я себя виноватой. Я уверена, что она говорила о тех видео. Все еще обвиняет меня в измене Джордану. — Я закатываю глаза, но часть меня представляет надвигающегося опасного мужчину в тени.
