Обводя магазин взглядом, я задумался, всё ли я приобрёл для неё. Остановился возле нижнего белья и уговаривал себя пройти этот чёртов соблазнительный отдел, но увы, тут здравый смысл почему-то решил взять перерыв и, оставив меня всего на минуту, дал мне возможность принести на кассу три комплекта кружевного белья. Я ухмыльнулся, представив, как она будет шокирована, когда узнает, что все эти покупки сделал я. Ох, Марк, дурак, зачем он давал мне возможности проявлять знаки внимания его девушке. Ой, зря, очень зря он это делал. И хоть я утром убедил себя быть дальше, я не виноват в том, что благодаря своему другу, исполнение этого решения откладывалось. Как же внутри я ликовал. Я был очень, очень плохим другом, особенно зная о том, что он пережил в университете. Мои мысли о девушке, которая завоевала его сердце, были не подобающими.
Меня манило узнать её лучше, выведать все секреты, о которых она не рассказывала и предпочитала хранить в голове, но которые я постепенно открывал для себя словно кусочки головоломки, наблюдая за её лицом, жестами, движениями. Подмечал всё, когда другие не придавали её поведению никакого значения. Я уже многое понимал, с уверенностью мог сказать, что был некий Ромка, и этот парень был очень дорогим для неё человеком, возможно, даже братом. Также я понимал, что она боится любой зависимости, скорее всего, тот, кого она потеряла, был зависимым человеком, и, вероятнее всего, ушёл из жизни из-за этого. Этот вывод сделать не составило никакого труда, глядя, как она шарахается даже от алкоголя. Боязнь темноты и замкнутого пространства, наверняка, тоже после этого. А ещё со сто процентной уверенностью я мог сказать, что в его смерти она винит себя. Что же интересно произошло? И расскажет ли она мне об этом?
Тяжелей всего было находиться с ней рядом, когда мы смотрели фильм. Марк собственнически обнимал её, а она лишь позволяла ему это, предоставляя иллюзию, что у них всё взаимно, при этом она постоянно разглядывала меня на протяжении всего фильма.
А воспоминания о чёртовой курице стали самыми волнительными за то время, пока я не видел девушку! Это же было нереально интимно – поедать жареную птицу руками ночью. Кормить её оказалось так же соблазнительно, как и одевать. После той ночи я чувствовал себя хуже всего. Успокаивал только тем, что я никогда не позволю себе зайти дальше лёгкого заигрывания с девушкой мечты Марка. Я просто буду поддерживать с ней весёлые дружеские отношения. Готовить ей ночью и одевать утром. Очуметь, меня затягивало в эту опасную игру. Наверное, когда я решу её уравнение и найду все неизвестные в нём, я смогу успокоиться и не думать о ней сутками. Перегорю и всё.
Затушил сигарету и понял, что выкурил уже третью. Чёрт. Надо проветриться, нет сил больше сидеть на работе, да и бесполезно всё это. Завтра же поручу своему сотруднику Артёму подготовку итоговой документации, в конце концов, пусть учится, пора уже открывать филиалы в других городах и мне нужен подходящий специалист на месте в моё отсутствие. Я бы, конечно, начал сразу со столицы, но Марк притащил меня в свой родной город, и пришлось центральный офис открывать здесь. Закрыв кабинет, я направился к выходу. Садясь в машину, я обрадовался, мы каждый день ужинали все вместе, а это означало, что совсем скоро я увижу свою маленькую милую девочку, с которой я собирался дружить. Просто дружить и пусть вселенная даст мне на это силы.
Смотрела в окно. Темнело. Сегодня я решила побыть одна ночью, потому что спать точно не буду. Вот уже и середина ноября. Я была счастлива эти недели, как никогда в жизни. С того момента, как первый раз случайно осталась ночевать у Марка всё изменилось, закрутилось со сверхзвуковой скоростью. Мне постоянно казалось, что я героиня безумного фильма.
Сразу после обморочных выходных, именно так я называла точку отсчёта, когда влилась в новую компанию, Валик и Пашка по очереди ночевали у меня в комнате. Они приходили около одиннадцати вечера, и мы немного болтали перед сном. Ни один из них ни разу даже в шутку не затронул тему, почему остаются у меня на ночь, став моими постоянными соседями.
Утром мы втроём бежали в кафе на завтрак. После с Пашкой и Валиком неслись в универ. Марк больше не появлялся на парах. Раньше он регулярно посещал лекции, а теперь исчез с университетского радара, оставив меня в недоумении. Зачем ему вообще была нужна учёба? Я пыталась понять его мотивы, но всё оставалось загадкой. Валик до конца занятий не отходил от меня. Мы вместе сидели, брали парные домашние задания. На перерывах Пашка часто присоединялся к нам, и мы обсуждали студенческую жизнь. Столько, сколько я смеялась с ними, я, наверное, не смеялась за всё своё существование на этой планете.
После пар мы обязательно обедали у меня в комнате. Я даже выделила полки в шкафу для вещей друзей. Мне так никого и не подселили, это казалось странным, учитывая, что в других комнатах обитало по три-четыре девушки, в то время как я единолично наслаждалась целыми хоромами, словно привилегированная особа.
