– Прекратите врать! Я думаю, вы не хотите потерять свою работу. Ведь это все, что у вас осталось.
– Вы ошибаетесь. – Гомес смотрит на нее леденящим взглядом. – У меня не осталось ничего. Абсолютно ничего.
Он надевает куртку и выходит из кухни. Хлоя бросается за ним, хватает за руку:
– Куда вы идете?
У Александра желание укусить ее. Наверняка потому, что она разговаривает с ним как с собакой.
– Возвращаюсь в свою конуру. Спасибо за кофе.
Хлоя становится между ним и дверью.
– Останьтесь здесь!
– Я здесь не для того, чтобы подчиняться вашим приказам. И я вам не выхлопной клапан!
Она похожа на пантеру, которая сейчас вцепится ему в горло. Софи тоже бывала прекрасна в гневе… Вот только в ней было больше элегантности.
– Ну и везет же мне! – бросает Хлоя. – Единственный коп, который заинтересовался моим делом, – изгой, самозванец!.. А может, и его сообщник!
Он сдерживает бешеное желание заставить ее заткнуться.
– Вы несете вздор! И если я для вас недостаточно хорош, найдите кого-нибудь другого.
Он не думал, что она воспримет это так тяжело. Даже надеялся, что она увидит в нем героя. И вдруг спрашивает себя, с какой стати он решил помочь ей.
– Вы меня за дуру держали! Убирайтесь!
– Если вы желаете, чтобы я ушел, то посторонитесь и дайте пройти.
Она не двигается с места, продолжая провоцировать его. Тогда он берет ее за плечи, передвигает на метр и открывает наконец дверь.
– И никогда больше ко мне не прикасайтесь!
Она на грани истерики.
– Можете не беспокоиться, – бросает в ответ Александр, сбегая по ступенькам. – И передайте от меня привет вашему другу, когда он придет вас навестить!
Хлоя теряет последние крохи самообладания и продолжает орать:
– Сукин ты сын! Неудивительно, что жена тебя послала! И правильно сделала, что смылась, козел несчастный!
Александр разворачивается. Удивленная Хлоя торопливо возвращается в дом и пытается закрыть дверь.
Слишком поздно.
Гомес наддает плечом, Хлою отбрасывает назад, она едва не падает.
– О, простите! – ухмыляется Александр. – Я не расслышал вашей последней фразы… Так что вы сказали?
Инстинктивно Хлоя отступает на несколько шагов.
– Выйдите из моего дома.
Она понижает тон, его улыбка делается еще шире. От такой улыбки содрогнулась бы преисподняя. Хлоя знает, что переступила черту. И что этот тип опасен.
Бегство не вариант, потому что дверь одна, и он ее загораживает.
– Знаете, я бы с удовольствием выпил еще кофе, – добавляет Александр. – Вы позволите?
Он задевает ее, проходя, чтобы устроиться в кухне. Хлоя остается стоять в прихожей, не очень представляя, как теперь себя вести. Она подумывает сбежать из собственного дома, пытается вспомнить, где ключи от машины.
От ее машины, припаркованной у дома Гомеса.
Если она попытается уйти пешком, он ее догонит. Лучше уж схватка.
Она идет к нему в кухню, видит, что он налил себе кофе.
– Будьте как дома! – ядовито предлагает молодая женщина.
– Спасибо, вы очень любезны.
У него такой вид, будто все это его развлекает. Если не считать ненависти, которая горит в глазах, вновь ставших безумными.
Бешеными.
Хлоя хватает нож, лежащий рядом с раковиной, и прячет его за спину. Потом поворачивается лицом к Гомесу и твердо встречает его взгляд.
– Итак, вы полагаете, что я его сообщник? Возможно даже, я и есть он! – насмехается коп. – Раз уж я
– Я не говорила этого, – лепечет Хлоя. – Я не говорила, что это вы.
Он кладет сахар в чашку, не спуская с нее глаз.
– Я внушаю вам страх,
– Сейчас мне бы хотелось, чтобы вы покинули мой дом.
– Сначала я допью кофе, вас это не слишком побеспокоит? Я всю ночь морозил себе яйца в своей колымаге, оберегая одну истеричку. И заслужил небольшую компенсацию, верно?
Он допивает кофе, поднимается. Но вместо того, чтобы направиться к двери, идет прямо на нее.
– А еще я проголодался, – добавляет он.
Хлоя чуть не растекается на месте. Он прижимает ее к раковине, протягивает руку, чтобы открыть шкафчик, и достает пачку печенья. Приближает губы к ее уху.
– Моя жена не послала меня, – шепчет он. – Она умерла в страшных мучениях.
Хлою внезапно охватывает леденящий холод.
– Я… мне очень жаль. Я не поняла…
Она даже не пытается высвободиться, осознавая, что у нее нет шансов.
– Вы вообще ничего не понимаете. Вы считаете себя выше всех на свете. Считаете себя совершенством… Этот псих не случайно вас выбрал, я уверен.
– Откуда вам знать? – кидается в атаку Хлоя.
– Это же очевидно.
Хлоя проглатывает оскорбление. Она знает, что стоит ей прибавить хоть одно-единственное слово, и случится непоправимое.
– Я даже могу понять желание вас уничтожить…
Сердце Хлои совершает невероятный кульбит, она задыхается.
– Что случилось, мадемуазель Бошан? Вы потеряли дар речи?
Молчать, не поднимая глаз, – она не видит альтернативы. Не раздувать пламенеющие угли его гнева. Те, что светятся в его дьявольском взгляде.
