Райдер вернулся с нашими чемоданами и опустил их на пол, поглядывая на меня.
— Уверена, что всё нормально? Выглядишь нехорошо.
— Просто устала.
— Может, тебе нужно поговорить с мамой. По-настоящему. Когда она протрезвеет.
— Сомневаюсь, что это поможет.
Райдер прислонился к шкафу, скрещивая ноги в лодыжках.
— Хм-м. Ладно.
— Что? Просто скажи, о чём думаешь. Честно. Я хочу узнать твоё мнение.
— Мне кажется, ты должна открыться. Даже если это тяжело. Ей нужно знать о твоих чувствах. Ей нужно услышать правду. Обо всём, что она наговорила. Обо всём, что ты видела. Она должна понять, как далеко всё зашло, чтобы ей стало лучше.
— Не знаю. Это как-то жестоко. И я наверняка скажу не то, что нужно, как, впрочем, и всегда.
— Ты говоришь, что защищаешь её от самой себя, но какой ценой? — он подступил ближе и взял меня за руку, прижимая её к своей груди. — Настало время быть откровенной с ней. И с собой. Ты не защищаешь её. Ты оберегаешь её от правды, оставляя себя уязвимой. Прошу, не делай неправильных выводов, но то, что ты называешь «защитой», я вижу как «дозволенность».
Я отвела взгляд.
— Прости, — шепнул он.
У меня задрожала губа, и я зажала её зубами, покачав головой.
— Всё нормально. Я попросила тебя высказать своё мнение, — и, если честно, думала я точно также. Но слышать об этом от кого-то другого на деле оказалось хреново.
— Брин, прости. Мне стоило держать своё мнение при себе. Я переборщил.
— Хватит извиняться, — рявкнула я. Плечи поникли. Несправедливо срываться на нём. — Ты прав. Слышать об этом тяжело. Но я злюсь не на твои слова, а на себя.
Аккуратно приобняв, он притянул меня к своей груди.
— В следующий раз не стесняйся заткнуть меня.
— Я люблю твою честность. В любой ситуации, — и, говоря откровенно, свою я полюбила бы даже больше.
Я рухнула на свою старенькую двухместную кровать и впилась в него взглядом.
— Эта кровать не особо большая. Можешь спать здесь, если хочешь, а я лягу у бабушки.
Он растянулся на кровати и потянул меня к себе.
— Побудь со мной.
Я перекатилась на бок, заглядывая в его глаза.
— Спасибо, что отвёз меня домой.
— Прекращай благодарить. Я сделаю для тебя всё, что угодно. Ты же знаешь это, правда? — он, улыбаясь, погладил мою щёку. — Отдохни немного, но если тебе станет неуютно, то просто спихни меня. В данном случае я мог бы спать на полу, и мне было бы всё равно.
Я рассмеялась.
— Я не собираюсь тебя сталкивать, но обещать ничего не буду. Иногда я много толкаюсь и ворочаюсь.
Он стянул туфли, а потом расстегнул шорты.
— Не возражаешь?
— Я и не ждала, что ты будешь спать полностью одетым, — я заставила себя подняться и залезть в чемодан за чем-нибудь, в чём можно было бы поспать.
Мы оба переоделись, прежде чем вернуться в мою старую постель.
— Прости, — произнесла я, зевая. — Эта кровать очень маленькая.
— Что даёт мне повод лапать тебя всю ночь.
Я не сдержала смех.
— Если бы я не слишком устал, чтобы поднять руку.
С улыбкой, я уткнулась в его грудь и подняла взгляд.
— Плохо, потому что я слишком устала, чтобы возражать.
— Чёрт, — он улыбнулся в ответ. Потом провёл рукой по моим волосам, целуя меня в лоб. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — я удобно устроилась на его груди, и он обнял меня.
Сон окутал мой разум, делая всё случившееся сегодня похожим на сон. Телефонный звонок, поездку домой, маму. Всё казалось нереальным. Но не Райдер. Он был настоящим. И завтрашний день уже не беспокоил меня, потому что сейчас я была счастлива. В его объятьях меня ничто не заботило, и какая-то часть меня знала, что Райдер больше никогда и никому не позволит ранить меня. Даже себе.
***
Следующим утром я проснулась раньше Райдера. Он перевернулся на спину, но продолжал обнимать меня. Я передвинулась ночью и теперь лежала, закинув на него ногу, чем превращала нас в сплошной клубок из конечностей.
Я должна была встать и проверить маму. Но тут было лучше. Тут было идеально.
Райдер провёл пальцами по моей руке, возвращаясь затем в исходное положение.
Мурашки закололи кожу. Тепло от его будто вылепленного живота грело мою ладонь. Я подавила яростное желание запустить руку под его футболку. Пальцы подрагивали от соблазна проследить контуры его кубиков. Я опустила руку и запустила её под его футболку, скользя ногтями по прессу.
Живот Райдера напрягся, когда он втянул воздух. Он задержал дыхание, пока моя рука поднималась выше, затем неторопливо выдохнул, в то время как я проделывала обратный путь.
— Бринли?
— Да? — я подняла глаза.
Он заглянул мне в глаза.
— У нас всё хорошо? Мне кажется, это слишком просто. Будто я грандиозно облажался и теперь должно последовать что-то вроде возмездия. Ты же не могла так просто обо всём забыть. Я сделал тебе больно. И если мы это проигнорируем, всё вернётся и будет преследовать меня. Мы будто наклеили на проблему пластырь, но я не хочу временного решения. Я хочу... постоянного. Нерушимого.