Ни Ольгер, ни Ард в столовую не пришли – они тоже собирались ужинать в городе. А если судить по подслушанному вчера разговору, то скорее всего не ужинать, а бегать и искать пропавшую принцессу. Я ехидно хмыкнула, приходя в хорошее настроение: «я от бабушки ушел, я от дедушки ушел…» Закончив ужин, помедитировав над чашкой неизменного какао о своем тяжелом будущем и поразмышляв о перспективе получить Ольгера в женихи, я, все еще пребывая в добродушном расположении духа, стала подниматься к себе в комнату.
На моем этаже, в холле, примыкавшем к лестничной площадке, сегодня толпилось необычайно много студентов. Решив, что вывесили изменения в расписании, подошла поближе и поняла, что народ обсуждает результаты дуэли, состоявшейся несколько часов назад между третьекурсниками. Меня это не интересовало, поэтому я спокойно отправилась к себе. Завернула за угол, в родной закуток, и опешив, остановилась. На моих дверях висел алый вестник. Не такой, как я обычно отправляла к деду, а простой, для письменных сообщений. Из деканата? Я едва успела дотронуться до него, как прозвучало: «Доставку лично в руки подтверждаю!» Вот это да – доставка ценной бандеролью под расписку! Вестник развернулся вниз, как лист пергамента, и первым, что мне бросилось в глаза, была подпись внизу:
«Лорд Дэймион Корвал и лорд Алексис Лерей».
Ну что же, решили все-таки принести извинения, поняла я. Хотя могли бы и лично, а не в письменном виде. Вошла в комнату и, устало развалившись в кресле, приготовилась посмаковать оправдания этих ненормальных. Но по мере чтения, все еще не совсем веря собственным глазам, я поняла, ненормальные – это мягко сказано.
В вестнике было совсем не извинение. И не оправдания их похабного поведения. Мамочка моя! В вестнике был вызов на магический поединок в связи с нанесенным мною оскорблением двум высшим лордам королевства Энидор.
Я ошеломленно смотрела на бумагу в руках. Но я же девушка! Как они могут вызвать меня на дуэль?
Ровно через пять минут, пролетев как метеор, все расстояния до комнаты Ольгера, я повторила именно эти слова.
- Вериника, тебя вызывают не как леди Вейс, а как мага, студентку магического университета. В Уставе университета дуэли разрешены, разве ты не знала? – удивился приятель.
И подумав, сказал:
- Но третий курс, оба - маги с уже раскрывшимся даром… И ты? Рассказывай все подробно, что произошло?
Я рассказала. И добавила, что так и не поняла, почему два взрослых парня наехали на маленькую меня. Я, конечно, не ощущала, что они старше меня: их двадцать-один – двадцать-два года - почти такой же возраст, как у меня-Ники, но студентке Рике было шестнадцать, и она не выглядела ни на день старше. И оба лорда вызывают первокурсницу на дуэль? Разве это не позорит их в глазах остальных студентов? Оказалось, что – нет. Это, кстати, было еще одной причиной, почему в университет поступали не шестнадцатилетние подростки, а совершеннолетние молодые люди – дуэли происходили постоянно, а для несозревшего дара существовал значительный риск перегореть во время магической схватки - от перенапряжения. Но если ты маг – будь готов доказать это на деле и в бою. Со мной все было хуже – ни принцесса, ни я магии не изучали, за исключением нескольких недель занятий у деда. Выиграть дуэль против магов, обучавшихся искусству волшебства в школе, а потом – два года в универе? Не смешите меня. Надо было что-то придумывать – и срочно.
- Но из-за чего такая обида – такая непонятная реакция? Ну толкнула я его случайно. Из-за этого посылать вызов? – пыталась понять я.
- Вызов из-за того, что ты наступила на ногу лицу королевского рода. Даже если он – самый младший сын самой младшей ветви королевского дома, его родовая честь, тело и кровь не могут быть попраны ничьими ногами, - вздохнув, ответил Ольгер. – Это – закон, действующий везде, даже на территории университета. И сами лорды не могли это проигнорировать, иначе были бы виновны в неуважении к своему королю и роду. Из-за этого даже как-то раз война случилась, - Ольгер покачал головой. - Эх, Рика, нет чтобы вежливо выразить сожаление и попросить прощение, ты драться полезла!
- Да извинилась я! – расстроено проворчала в ответ. – Даже повторила «простите» два раза.
Я судорожно искала выход. На Земле тоже были страны, где нельзя наступать на тень короля, или смотреть королю в лицо, или вообще смешное - показывать подошву своих туфель – все это расценивалось как глубочайшее оскорбление. Если я нарушила один из уставов чужого монастыря, то я готова это исправить – это будет только справедливо. И вообще – скромная Рика Вейс должна оставаться в тени, а не лезть на дуэльное поле - мне ведь дед голову снесет в противном случае!
А Ольгер, услышав мои слова, аж подпрыгнул:
- Так ты готова принести извинения?
Нет, он что, меня совсем не слушает?!
- Рика, я все время забываю, что ты ничего толком не помнишь после своей болезни! О, храшш! Признающий свою вину должен выразить это традиционным способом! Отказ – как плевок на честь короля.
