— Мне все равно, через два дня — деструктор и оранжереи, — как можно более недовольно сказал я, натягивая штаны. Это пси-инженер почти голая на кровати валялась, и сейчас вон на полу в чем-то прозрачном сидела, а мне воспитание не позволяет по квартире нагишом расхаживать.
— Тебе совсем не интересно, почему тревога была объявлена?
— Нет, — соврал я, прикидывая, не тот ли сейчас момент, чтобы оглушить девушку, переместиться наружу, потом пройти по наружной обшивке до носителя, и пока все смотрят новости, отчалить по хвосту галактики Стрельца прямо в окрестности Земли.
По лицу девушки я понял, что разочаровал её очень сильно. И ей теперь с этим жить до следующей нашей такой же задушевной беседы, которая никогда не состоится, потому что, надеюсь, больше мы не встретимся. Хотя, посмотреть новости стоит, вдруг что-то настолько необычное произошло, что вообще никто о носителе не вспомнит. Погони я не боюсь, а вот перед первым после модернизации прыжком минимум пять минут нужно, чтобы наружный слой распылился по обшивке.
Когда на экране вместо символа Уришей возникло изображение, я чуть было не присвистнул. Бывает же такое, когда знакомых увидишь. Высокая молодая женщина в белой накидке стояла прямо и смотрела надменно. Глава семьи Аш-Урб, шаар-ат, с первого дня это лицо было практически во всех общих новостях.
Шаар-ат держала за руку маленького мальчика. Его я тоже видел — в стазис-сфере, хотя вроде он тогда помельче был, и не такой противный, а сейчас вот прямо ангелочек, до тошноты. Мальчик старался держаться серьёзно, и это у него почти получалось.
Им бы ещё кота, и получилась мимимишная семья, заставляющая сердце любого имперца таять. Но кота у них не было, тут я был вне конкуренции. Вместо кота рядом примостился Ри-ин-иту Уриш.
Статичное изображение провисело секунд пять, а потом шаар-ат заговорила.
Приятным мелодичным голосом, проникающим прямо в мозг, женщина рассказала о сыне, которого потеряла тридцать лет назад, и отчаялась найти, и о том, что близка уже была к разгадке тайны исчезновения. Но прямо из-под носа у имперской разведки ребёнка похитили, и укрыли в одной из систем. Все это сопровождалось красочными дополнениями в виде убитых старателей, трупов штурмовиков и пси-разведчицы.
— Тот, кто организовал это — нун Лурр Уриш, — припечатала шаар-ат, — и он уже понёс наказание. Но в заговор были замешаны и другие ас-ариду, имперские силы безопасности вместе с семьями проведут расследование и определят степень вины каждого. До тех пор ан Ри-ин-иту Уриш становится временным главой семьи Уриш, а в системах Уриш вводится частичное имперское правление. На простых гражданах оно никак не отразится, ручаюсь, что никакого вмешательства в дела семьи Уриш не будет. При необходимости имперские войска могут обеспечивать порядок, но только с согласия семейного совета.
Айярти сидела с открытым ртом. Я распинался почти час о тягостной судьбе, и такого эффекта не добился, а тут женщина пять минут с ней с экрана поговорила, и на тебе — не только муха, ворона туда залетит. Может, с ориентацией у пси-инженера не в порядке.
— Эй, — я дотронулся до её плеча. — Поясни, я вообще ничего не понял. Что за ребёнка там нашли?
— Сын шаар-ат, наследник, пропал много лет назад, когда была последняя попытка захвата власти младшей ветвью, — Айярти говорила монотонно, явно что-то там себе размышляя, — сама шаар-ат куда-то исчезла, а семья её оставалась на столичной планете. Отца этого мальчика убили прямо во дворце, а самого — похитили. Не то чтобы это был секрет, просто не говорили об этом.
— А мне подумалось — этот ан Ри-ин-иту его отец.
— С чего ты взял? Нет, конечно. — Айярти ответила не сразу. Я явно её отвлекал от других, более важных дел.
— Так, показалось, чего это он рядом с нашей шаар-ат стоял. И что теперь будет — одни ас-ариду будут воевать с другими? Ты вот кого поддерживаешь, бывшего нуна или этого вот ан Уриша?
Девушка посмотрела на меня как на сумасшедшего.
— Я поддерживаю семью, Лео. Какая разница, кто во главе. Если старый нун оступился, пошёл против империи, значит, выберут нового. Это все равно будет Уриш.
— Ан Ри-ин-иту? — уточнил я.
— Какая разница. Так, сиди здесь, я скоро вернусь. Через несколько минут.
Эту фраза в фильмах обычно означала, что героиня не вернётся. Её или волки загрызут, или машина собьёт, или похитит снежный человек. Честно говоря, меня устраивали все три варианта.
Были другие проблемы, поважнее.
