— Не могу понять, что это, — призналась девушка.
Я — тоже. То, что это был именно тот самый старый язык, это я знал, или чувствовал. Но оба символа были мне незнакомы, как обычно бывает, когда надпись предназначена кому-то другому.
— Куда ты так уставился, эмпо? — Майя как всегда влезла не вовремя и под руку.
— Ты бы не лезла сюда, — вежливо посоветовал ей я. — Надует.
— Как скажешь, капито, — новоиспечённая псионша попятилась задом, неловко споткнулась о ногу мутанта и грохнулась на пол, при этом дотронувшись рукой до нижнего символа.
Ящеры тоже это проделали, и не раз, я водил пальцем, почти дотрагиваясь до меняющегося значка, но ничего не происходило, а вот брюнетке — удалось. Непонятно как это получилось, но символы начали загораться один за другим, чуть изменяясь. Ним подал знак, Кир свистнул, мутанты тут же разбились на пятерки, а те трое, что были рядом с нами, отодвинулись подальше.
Три тысячи символов, по десятой доле секунды на каждый — несколько минут мы втроем, я, Даша и Ним, пялились на эту гирлянду.
— Ну что там? — Кир значков не видел, но беспокоился.
— Не знаю, странное что-то выходит, — я попытался пройти в арку, но что-то не пускало. Никаких сеток, или привычных щитов не было, как материальных, так и псионических, но барьер явно существовал.
— Я помогла, да? Я молодец? — не унималась Майя. И даже попробовала ещё раз полапать стенку, вовремя перехватили её.
— Уймись уже, — не выдержала Даша.
Майя надулась и отошла подальше, к Кириллу. Ну да, кому же ещё жаловаться на грубиянку, как не её брату.
Через пять минут стена просто исчезла — вместе с аркой, повторяющимся три тысячи раз символом, и налепленными на неё зондами.
В центре помещения стоял прозрачный куб со стороной метра в два, неглубокие ходы внутри него образовывали подобие головоломки, даже шарик присутствовал — похожий на мячик для гольфа, привычного уже красного цвета, он мерцал в самом центре.
— Знакомая штука, — вдруг проснулась Менса. — Не могу отсюда зондами управлять, подвесьте их на углах, рёбрах и посередине каждой грани.
Черных летающих шариков оставалось с запасом, Менса несколько раз меняла сканеры, и потом начала составлять зонды в ей одной понятную комбинацию.
— Говорю же, напоминает настройку ядра носителя, — наконец разродилась она. — Только очень большого. В старых мы использовали шар и схему проникновения, но куб гораздо лучше. Вот этот красный камушек похож на М-кластер, от него надо получить проекцию на всех гранях замкнутого пространства, с траекториями наименьшего напряжения.
— От углов, — небрежно бросила Айярти. — Связь должна быть с углами.
«Что бы ты понимала в этом», — говорил её взгляд. Ну да, на Земле технологии по сравнению с далёкой империей Аш-Урб были поплоше, но вот гонору хватало у обеих. Сначала они просто спорили вдвоём, причём круглолицая Менса уверенно показывала своей собеседнице то на одну её ошибку, то на другую. Среди Уришей неожиданно нашлись и те, кто не только пилотировал аппараты, но ещё их и создавал, они тоже включились в спор, и навалились все вместе на голограмму бедной зу Маас-Арди.
— Надо её спасать, — тихо сказал Ним. — Громеш, ты как там?
— Погоди, она, когда спорит, такая хорошенькая, — Кир отмахнулся, чуть обернулся к Иррху. — Правда?
Ящер с тремя черепами вежливо кивнул, хотя видно было, что эти споры гладкокожих недоразвитых предков мутантов его раздражают.
— И это магосы, — вдруг презрительно заметила Майя. — Вы же умеете вот так.
Ним создал вокруг куба защитный барьер, но все равно, когда девушка хлопнула в ладоши, схема каким-то чудом проникла через него, и стронула шарик с места.
— Ой, — недоучка удивлённо посмотрела на свои ладони, потом на чёрный туман, который отсек наш отряд, оставив небольшой кусочек пространства.
Туман был точь-в-точь как та сфера, которая окружала галактику, только намного меньше. Но не слабее. Шарик катился по лабиринту неторопливо, иногда останавливаясь, словно раздумывая, куда бы дальше податься. Связь с кораблем прервалась моментально, порталы не действовали, ни обычные, ни те, что мы с Нимом попытались создать.
— Если выживем, я тебя убью, — пообещал Майе Арраш. — А я знаю очень много способов, поверь. Но сначала выясню, как ты пробила мой щит.
Девушка сжалась, и затравленно, но в то же время с вызовом смотрела на эр-этелу. Шарик докатился до одной из боковых граней, вообще, силы тяжести для него словно не существовало, а потом резко, так, что я едва успел заметить, игнорируя ходы и бороздки, переместился в один из углов.
— Мы куда-то переместились, — констатировал Ним.
Я был с ним полностью согласен, то, что мы находились в совершенно другом месте, чувствовалось. А ещё я снова мог позвать кота, тот как-то даже радостно отозвался, но появляться не захотел. Туман вокруг нас пропал, мы очутились огромном круглом зале с белоснежными колоннами и черным полом, стены почти пропадали вдали, а метрах в пятидесяти от нас стоял человек в свободной накидке и показывал пустые ладони. В принципе, я сразу его узнал, ещё до того, как Кир назвал.
