Антиподы, которые борются друг с другом за верховенство в одной общей голове?! Ребка встал, обратив при этом внимание на то, что палуба уже оказывала гораздо меньшее сопротивление его подошвам. Значит, вес его уменьшился на несколько фунтов. Должно быть, они приближаются к Станции-на-Полпути. Он направился к пандусу и стал соображать по дороге, сидит ли по-прежнему Макс Перри в оцепенении, разглядывая Тектон. Капитан нее больше и больше чувствовал себя опекуном талантливых безумцев.
Во время первой поездки на Тектон Ребка рвался осмотреть Станцию-на-Полпути. Конечно, люди освоили и частично ограбили ее, но она все еще оставалась достижением техники Строителей, и поэтому интерес к ней не угасал. Однако, когда Макс Перри захотел проскочить ее, не заглядывая (его как будто несло мимо), Ребка в своем стремлении поскорее добраться до Тектона не стал с ним спорить.
Теперь же поскорее достичь Тектона было совершенно необходимо: до Летнего Прилива осталось тринадцать добеллианских дней, всего лишь сто десять часов, и все-таки в этот раз Ребка настоял на посещении Станции.
– Посмотрите сами, – Перри показал на приборы-индикаторы состояния капсулы, – видите, расход мощности слишком высокий.
Ребка посмотрел, но никакого вывода сделать не смог. Грэйвз тоже. Если Перри говорил, что дела идут как-то не так, приходилось верить ему на слово. Непосредственный опыт нельзя заменить ничем, а во всем, что касалось Пуповины, Перри превосходил остальных.
– Нам грозит опасность? – спросил Грэйвз.
– Не сию минуту. – Перри задумчиво потер нос. – Но мы не можем рисковать и двигаться на Тектон, пока не узнаем, почему вырос расход мощности. Все главные приборы находятся на Станции-на-Полпути. Нам надо там остановиться и разобраться, в чем дело.
По его командам капсула свернула с невидимых направляющих и двинулась налево к занимавшей полнеба массе уродливой формы.
Когда люди впервые открыли Станцию-на-Полпути, она была сводчатым, почти совсем пустым склепом, трех километров в поперечнике, без воздуха, с прозрачными стенами. Если человек в космическом скафандре приближался к ее стороне, выходящей на Опал, то чувствовал, что падает на нее. Сильный толчок переносил его во внутреннее помещение станции. Затем он дрейфовал дальше, двигаясь все медленнее и медленнее, пока его не останавливала противоположная стенка. Станция точно обозначала центр масс двойной системы Тектон-Опал.
Как использовали Станцию-на-Полпути Строители, оставалось непонятным, но большинству людей было на это наплевать. Они заполнили открытый шар герметичными комнатами с искусственной атмосферой и превратили их во временные жилища и склады для всякой всячины, начиная с теплых сапог и кончая сублимированной пищей. Подчиняясь какому-то древнему пещерному инстинкту, люди отдавали предпочтение закрытым помещениям, и поэтому покрыли внешние стены блестящим непрозрачным монослоем. Спустя четыре тысячи лет с начала Экспансии, они по-прежнему чувствовали себя неуютно в бесконечном открытом пространстве, находящемся за пределами Станции-на-Полпути.
Капсула прошла сквозь первый воздушный шлюз, а затем, как крот, стала осторожно двигаться вдоль темного коридора, такого узкого, что она едва в нем проходила. Двумя минутами позже она оказалась в цилиндрическом зале, по стенам которого на стеллажах плотно размещались дисплеи и приборные панели.
Перри выждал пару минут, пока сравняется внутреннее и внешнее давление, затем открыл люк капсулы и выплыл наружу. К тому времени, как остальные последовали за ним, он уже работал за одним из дисплеев.
– Вот, – указал он, – теперь ясно, в чем дело. Одновременно с нами по Пуповине движется еще одна капсула.
– Где? – Ребка впился взглядом в дисплей. На нем были изображения камер и мониторов по всей длине Пуповины. Но Ребка ничего не увидел.
– Нет, вы ее не увидите. – Перри заметил, куда смотрит Ребка. – Утечка мощности уже прекратилась. Это значит, что вторая капсула больше не соединена с Пуповиной.
– Так где же она? – спросил Грэйвз.
Перри пожал плечами.
– Найдем. Надеюсь, там кто-то дежурит. Я пошлю сигнал срочного вызова. – Он подошел к коммуникационному устройству и быстро набрал нужный код.
Через двадцать секунд не экране появилось лицо Берди Келли. Он задыхался, волосы его были взъерошены.
– Макс? Командор Перри? Что-то не так?
– Это ты нам скажи, Берди. Посмотри на утечку мощности за последние два часа. У нас в работе две капсулы.
– Все правильно. Нет проблем. Мы все проверили, энергии хватит.
– Возможно. Проблема не в этом. У этой второй капсулы нет разрешения.
На лице Берди отразилось недоумение.
– Разумеется, есть. У этой женщины было разрешение от тебя. Лично. Секунду.
Он на мгновение исчез с экрана и затем появился, держа в руке листок с какими-то записями.
– Вот твоя подпись… видишь? Прямо вот тут.
– Ты дал ей капсулу?