Как нейронные сети свиваются в круг, образуя логотип компании VOID, производителя «умных часов» v-watch, так и жизни нескольких людей сплетаются в единую причудливую картину. Элиот Мармел, талантливый программист, Джозеф Лерман, сын пастора протестантской церкви, Аполлинария Кушнир, школьница с миллионной аудиторией в Instagram и Шэрон Хоскинс, онкобольная мать троих детей – каждый из них, так или иначе связан с VOID.
Альберт Эйнштейн
I
ЭЛИОТ МАРМЕЛ
23 июля 2022
От резкой попытки встать потемнело в глазах. В висках гудело так, словно в голове фонил комбоусилитель. Состояние граничило с обмороком. Едва устояв на ногах, он поплелся в ванную комнату. Холодный кафель обжег босые ступни. В правом запястье неприятно пульсировало. Вибрация магнита означала, что какой-то жизненный показатель не в порядке. Дисплей v-watch загорелся красным. Глаза не могли привыкнуть к свету. Мир вокруг был окутан мутной пеленой, искрящейся радужными огоньками. Мужчина нащупал кнопку голосового ввода на боковой панели часов.
– Показатели биомаркеров, – попросил он, и искусственный женский голос отозвался:
– Артериальное давление: информация отсутствует. Пульс: 0 ударов в минуту. Температура тела: 75,2°F. Сахар в крови: информация отсутствует, кровь фибринолизирована.
Магнит не переставал пульсировать, от его движения под кожей начинало мутить. Мужчина щелкнул пальцами. Этот жест означал принудительное выключение часов. Экран воидов потух.
Мужчина попытался вспомнить уроки химии в колледже, чтобы разобраться в значении трудно произносимого «фибринолизированный».
– Фибринолизин. Какой-то фермент? – он размышлял вслух. – Фибрин… фибрин… фибрин… белок! Фибрин, фибринолиз – всё это имеет отношение к свертываемости крови. Фибринолизированная кровь, она же кадаверная кровь, – вспомнил он, – а другими словами, «трупная кровь».
Он чертыхнулся.
Мужчина умылся холодной водой и посмотрел в запачканное белыми кляксами зубной пасты зеркало. Бледная, с нездоровым желтоватым оттенком кожа обтягивала череп, вырисовывая острые выпирающие скулы и иссиня-черные впадины под зелеными глазами.
Он попробовал воссоздать в сознании вечер предыдущего дня, но понял, что не помнит ни его, ни что-либо еще. Его охватил ужас. В голове трещало так, словно тысячи сверчков залезли в подкорку и застрекотали хором. Он попытался по крупицам собрать картину окружающей действительности:
– Спокойно, – проговорил он дрожащим голосом. – Меня зовут Элиот Мармел. Мне двадцать семь лет. Живу в Бруклине на Линкольн-плейс.
Он подошел к окну с целью удостовериться в правильности своих утверждений и увидел привычную тихую улочку.
– Отлично, – продолжал он рассуждать. – Сегодня 11 августа 2021 года.
Элиот посмотрел на экран смартфона. 23 июля 2022.
2 сентября 2022
Тройки и пятерки. Они преследовали его повсюду. Куда бы не бросил Элиот неосторожный взгляд, он натыкался на эти цифры. Он взял в привычку подсчитывать их, когда они попадались на глаза. В преимуществе были тройки, реже встречались пятерки. Иногда в их хоровод вплетались единицы. Эти, последние, раздражали Элиота.
В первых числах сентября летняя жара еще держала позиции. Солнце кренилось к закату, но упрямо не ослабляло хватку. Элиот Мармел возвращался домой после утомительного рабочего дня. Он направлялся к станции метро, двигаясь по Вест-14-стрит мимо красных, коричневых и серых браунстоунов, пестрящих металлическими пожарными лестницами, мимо стеклянных офисов, мимо массивного здания Издательства Новых Направлений в двенадцать этажей высотой. Привычный маршрут, который приходилось преодолевать дважды в день в рабочие будни уже на протяжении семи лет.
На перекрестке Вест-14-стрит и седьмой авеню для пешеходов горел красный, и Элиот был вынужден остановиться. Мимо прошмыгнула машина. Мужчина невольно глянул на номера. TA-
