И я умру...
И разгорится вновь на небесах рассвет
И кто-то чуждый оборвет сирени цвет
И на мою могилу принесет, возложит
Не дрогнувшей рукой...
Однако, знаю, этого не может быть,
Но кто посмеет мертвую судить?
Рискнет, кто слово хоть сказать,
Лежащей под землей?
А я, несчастная, осталась за чертой,
Терзаясь призрачной, наивною мечтой
Навеки обрести божественный покой,
В котором мне отказано...
Отказано с усмешкой злою и кривой,
И кем бы? Тем, недрогнувшей рукой,
Кто возложил на гроб, засыпанный землей
Сирени ветвь...
