И все — таки я справлялся. Составил себе расписание и продолжал все время неукоснительно его придерживаться. Вставали все по звонку, а точнее под играющий в шесть утра Российский гимн. Затем утреннее молитвенное правило на двадцать минут, зарядка и погружение в тренировки для познания собственного дара до завтрака. Завтрак, час чтения и снова тренировки чередуя физически нагрузки с «магическими». Обед, чуткий послеобеденный сон, затем чтение книг до ужина. Медитация, вечернее правило и снова сон. Я следовал этому расписанию безукоризненно, высчитывая каждую минуту, вцепился в него, как утопающий за соломинку и этим спасался от левых мыслей, а значит и отчаяния. К тому же, подобный распорядок тренировок серьезно повысил мои навыки. Я научился держать Контур постоянно даже во время сна. Сумел нащупать чувство отзвука Силы предмета одежды на себе и ориентируясь на него искал возможность «обернуть» Контуром. Какое — то время, после тысячи неудачных попыток, считал, что задача мне не по зубам, но не сдавался. Уже чего — чего, а упорства и времени, в следствие отсутствия срочных дел, у меня было с избытком. Возможно, дело в страхе, ведь действуя на ту же футболку, пусть и прилипшую от пота к телу, я воздействовал на внешний предмет и каждый раз подспудно ожидал кары за это? А может дело в объеме предмета и такой большой по площади предмет мне пока недоступен? Надеюсь, что так. А еще я сумел не только ощутить очаг своего непрошенного дара внутри себя, но даже воздействовать на него. Он чувствовался как сгусток еле уловимого тумана в районе пупка и постоянно находился в движении, как бурлящий суп в кастрюле или типа того. И я научился уменьшать огонь под этой "кастрюлей". До полной тишины, то есть дар просто переставал ощущаться, словно его и не было никогда. Но стоило мне отвлечься, и Сила вновь начинала пульсировать. По итогу экспериментов, понял, что когда дар находится в спокойном состоянии я не могу использовать никаких навыков. В игре, после семидесятого уровня я изучил навык "Скрыт", аналогичный моему новому умению. Там, в виртуальности, при активации он делал меня незаметным для одаренных, хотя так же брал за это плату именно невозможностью использовать Силу. Возможно, такое умение пригодится мне и в реальной жизни? Посмотрим.
После суда брату удалось передать мне книги для подготовки к экзаменам, их я успел прочитать уже не по одному разу и в любой момент готов сдать любой комиссии. Вот только сессия уже через месяц, в середине Июня, а я все еще заперт…
— Заключенный №… приготовиться на выход. — За дверью загремели ключами. — К адвокату!
Я культурно встал к стене лицом и завел руки за спину. С охраной лучше не шутить, в чем я убедился еще в первые дни. На меня вновь надели цепи и повели по узкому коридору, затем вниз по лестнице и после нескольких поворотов усадили на металлический стул в лишенном окон помещении и пристегнули к прикрученному к полу тяжелому столу.
— Здравствуйте, Роман. — Поздоровался со мной зашедший после всех приготовлений адвокат и несколько суетливо поправил очки на изможденном лице.
— Здравствуйте, Кирилл Аристархович, — кивнул я. — Какие новости?
— Не самые утешительные, — вздохнул он и сцепил перед собой руки в замок. — Второй суд состоится через месяц, это из хорошего.
Что ж, это действительно хорошо. Могли бы тянуть еще долго, некоторые до десяти лет очереди дожидаются. Да и сами судебные процессы затягиваются на годы.
— Из плохого же то, — он немного помялся, — вас решили слить ради спокойствия остальных. Сами понимаете, кто — то должен сесть и надолго, в этот раз это вы.
Ожидаемо, но это явно не все.
— То есть, я, конечно, не отказываюсь от дела, — все больше нервничал Кирилл Аристархович, не дождавшись от меня никакой реакции, — приложу все усилия, согласно контракту, но… вероятность выиграть дело резко осложнилась. Мне постоянно поступают звонки, причем не от пострадавших, а из силовых структур. Беспокоят секретари разных чиновников. Многие решили нажиться на вашей истории и выправить за ее счет некоторые свои дела, да! Даже купить пытались!
Видимо в цене не сошлись. Но все это ерунда, только прелюдия я чувствую, поэтому продолжаю молчать.
— Есть один вариант, — он снимает очки и начинает их протирать, чтобы не смотреть мне в глаза. — Вы знаете, некоторые высокие люди готовы закрыть дело в вашу пользу, но лишь в том случае, если вы дадите свое согласие на определенную работу.
Вот оно!
— И что же это за работа? — Как можно равнодушнее спросил я.
— Отдел по контролю одаренных очень нуждается в кадрах, как вы знаете.
