Я шёл по центральной улице, навстречу мне шла компания молодых девушек. Уверенно, дерзко, но в то же время с какой-то ноткой нежности. Они о чём-то говорили, потом звонко смеялись. Мне показалось, что они меня заметили и смеются надо мной, даже неловко стало. «Кому ты сдался?» – эта фраза очень успокоила, и я снова вернулся к наблюдению. У одной из них зубы были, будто забор, пугающий всех своей неровностью, поэтому во время смеха она единственная закрывала свой рот рукой. Наверное, ей казалось это ужасным, но я так не думаю, так как и сам не красавец с обложки модного журнала: однажды услышал умную фразу «Любят за недостатки, а не за красоту», может быть, кто-то любит её именно за особенную улыбку. Слева девушка была неотразима, безумно красива, на ветру к ней плотно прилегало жёлтое лёгкое, летнее платье с белым ремешком. Оно ей было к лицу. Когда она смеялась, то смотрела на свою подружку, вытаращив глаза, не моргая. И вот мы поравнялись, я маленькими шагами передвигался по улице и смотрел, повернув голову, но ни одна из девушек не обратила на меня внимания. Они прошли мимо, я повернулся, проводил их глазами, и они упорхнули в магазин одежды, находящийся за углом.
Я уже сделал много шагов по оживлённым улицам моего города, и жутко захотел пить. Однако вблизи не было продуктового магазина. «Эх, придётся идти на соседнюю улицу, там, насколько я помню, был гипермаркет». Делать было нечего, я пошёл к «водопою». Если не утолить жажду, то какое же удовольствие ходить, словно бедуин в Сахаре. Я дошёл довольно быстро, насвистывая какую-то мелодию и прекращая лишь около людей, чтобы не мучать их слух. И вот моя нога переступила границу между Сахарой и оазисом (на улице было просто пекло). Ласковое прикосновение кондиционера в жару – это одно из тех великолепных чувств, за которое мы так любим жизнь. С таким добродушным настроем я оказался внутри магазина. Я скорее направился на поиски живительной влаги, но кругом был лишь хлеб и что-то вроде закуски. Я время от времени сглатывал густую слюну и томными глазами искал, как в бреду, хоть что-то жидкое. Господь всемогущий, целый стеллаж с водой: с газами, без, из скважины, горная и еще много разных сортов! Схватил первую попавшуюся бутылку и скорее к кассе. Я встал около мамы и дочки. Обе выглядели достаточно скромно, без шика. Они слегка напоминали мышек: мама и дочь были одеты в тёмные, слегка сероватые одежды, только красный бант на голове 4-летней девчушки разбавлял эту темноту, он был, как фонарик среди ночного мрака. Возможно, в этом есть своя символика. На ленте кассира также не было продуктов из разряда того, что «не все могут себе позволить», всё было скудно и просто: макароны, чай, килограмм сахара, две булки хлеба, несколько пакетов со специями. Часть продуктов не было видно, так как остальное скрылось за стойкой продавца, чтобы подсчитать стоимость. Неожиданно раздался милый голос девочки-малютки:
– Мама-мама, смотри!
– Что? Где? – растерянно ответила родитель.
– Смотри какой красивый котик – девочка указала на небольшую игрушку: пушистый котёнок с маленькой баночкой в руках, в которой было сладкое плацебо от детских слёз и переживаний. Может быть, ребёнок завтра закинет за кровать этого пушистого дружка, но в глазах сына или дочери самый верный друг – родитель, останется рядом и лишь укрепит любовь малыша, подарит ему несколько минут счастья: с возрастом становится всё яснее, что нет ничего важнее, чем эти минуты, которые мы будем вспоминать, проживая последние секунды.
– Сколько он стоит? – Небрежно спросила родитель, с некой грубостью в голосе, у продавца.
– 100 рублей – с улыбкой, глядя на девочку, ответила женщина у стойки с котиками, она уже машинально протянула руку к одному из них, которого так полюбила за секунду зрительного контакта юная мечтательница.
– Нет, это дорого…
– Ну, мам – со слезами на глазах и лёгкой хрипотцой в голосе.
– Нет и всё.
– Ма…
– Будешь ныть – будешь ждать на улице в следующий раз.
Я услышал тонкий протяжный плач, иногда почти беззвучный, и это была вовсе не девочка – это было детское счастье. Оно не было бесценным, как у большинства нормальных людей, эта мразь оценила его в меньше, чем 100 рублей, дешевле самой отчаянной проститутки. Вы, конечно, скажите «Нельзя так говорить, у неё может не быть денег», однако я знаю продолжение этой истории. Уходя, она забрала у продавца целую упаковку пива (6 бутылок по полтора литра). Это же, как минимум, три котика! Я смотрел, как грустно уходит ребёнок, вытирая слёзы. «Нет, так нельзя…».
– Здравствуйте, у Вас одна бутылка воды, с Вас 35 рублей.
– Здравствуйте, а можно ещё одного котика – продавец улыбнулась.
– Конечно, только скорее, а то не догоните.
– Да-да, конечно.
