"Недостаточно воздерживаться от деятельности, чтобы стать свободным… Действие выше бездействия… Выше стоит тот, кто, владея своими чувствами с помощью вполне свободного разума, принуждает их к дисциплинированному усилию… Во всех трех мирах, о сын Притхи, нет такого, что я должен был бы сделать, ничего, чего бы мне недоставало, ничего, что мне бы нужно было приобрести, и, однако, я пребываю в действии. Миры перестали бы существовать, если бы я не выполнил своего дела: я был бы причиною всеобщего смешения и гибели всех творений. Невежды действуют из привязанности к действию; пусть мудрый также действует, но вне всякой привязанности и единственно для блага мира…" (Бхагавадгита, французский перевод Эмиля Сенара).
Эти бессмертные слова, сказанные богом Кришной Арджуне и питавшие в течение стольких веков сознание Индии, еще и сейчас служат настольной книгой действия и мысли Ганди и Ауробиндо Гоза, как прежде Вивекананды. В своих новых комментариях Ауробиндо показывает в боге Гиты не только Бога, раскрывающегося посредством духовного познания, но Бога, руководящего действием, всей нашей борьбой, всем нашим совершенствованием, высшего владыку дел и жертв, друга народов, – наш Дионисий Ареопагит сказал бы: вождя борцов на арене" (Essays on ihe Cita, т. II, 1921-1928, Атуа Publishing House, Калькутта, изд. С. К. Мазумдар).} И, указывая их ей, я, думается мне, не изменяю духу Вивекананды. Его великий Адваитизм все время ставил себе задачу расширить и дополнить свое понятие Единства. Он стремился привлечь к себе все силы, которые другие народы и другие религии предоставляли для этого героического завоевания. И его вера в Богочеловека была так бескорыстна, что он ради нее склонил бы даже свою высокую гордость индуса и свой пламенный патриотизм перед любым народом, который, по его мнению, был бы способен более действенно сражаться за общее дело. Не зная хорошо скрытых глубин мистической души Запада, он интуитивно постигал громадные духовные ресурсы, которые Восток мог найти на Западе, чтоб в месте осуществить полный Адваитизм, то есть религиозное Единство всей человеческой семьи. {Из письма Вивекананды к одному англичанину (9 августа 1895 г.), недавно напечатанного в Prabuddha Bharata (февраль 1929), я привожу следующие слова (в вольном пересказе):
