Только испытав его по этим двум признакам, вы сможете его принять. Но
Трудно было бы упрекнуть Вивекананду в том, что он слишком легко открывает двери доверчивости. Он знает доверчивость своего народа и знает, как ею злоупотребляли. Он знает также, что сентиментальное благочестие слишком часто – только маска слабости характера. А по отношению к ней он безжалостен.
Из трех величайших сил души для Экхарта первой является познание (Erkentniss); второй – irascibilis – мощное стремление вверх (Die Aufstehende Kraft); третьей – воля (der Wille). Одним из символов этой мистической встречи с Богом служит борьба Иакова с ангелом (см. прекрасное истолкование ее у французского доминиканца XVII века Шардона, стр. 75-77 I тома
Даже кроткий Франциск Сальский заставляет нас вспоминать белый султан своего короля Генриха IV, развевающийся в бою, когда говорит:
Никакой изнеженности. Мужественная душа бросается в бой и стремится навстречу ранам.}
Сила, мужественный разум, постоянная забота об общем благе и полное бескорыстие – вот условия для достижения цели. Есть и еще одно: желание ее достигнуть. Ибо большинство людей, считающих себя религиозными, в глубине души равнодушно к этому; они слишком ленивы, трусливы и неискренни; им удобнее оставаться на пути и не вглядываться слишком близко в то, что ждет их в конце. Вот почему они прозябают в податливой сфере формального благочестия. "Церкви и храмы, книги и обряды… Этот Kindergarten (детский сад) религии полезен для первых шагов духовного детства; но нужно пойти дальше, если искренно хочешь достигнуть истины".
И нельзя сказать, что это прозябание является здоровой предосторожностью и что те, кто не идет вперед, рисковали бы, выйдя из своего охраняющего "сада", потерять свою веру, потерять своего бога! На самом деле им нечего терять, ибо благочестие их ложное: и настоящие неверующие лучше их, настоящие неверующие ближе к Богу. Послушайте, как воздает должное великому атеизму один из величайших верующих:
"…
