Не приходится удивляться, что многие индийские художники, пройдя через эту дисциплину, в конце концов становятся "святыми" (ср. "Танец Шивы" А. Кумарасвами, перевод Мадлен Роллан, изд. Ридер).} Все, что таит в себе опасность уменьшить независимость наблюдающего и экспериментирующего разума, даже если это на первый взгляд приносит благо или временное облегчение, есть "семя будущего упадка, преступлений, безумия и смерти".
Мне кажется, что самый непримиримый научный ум не мог?ы высказаться более энергично; разум Запада должен в отношении этих принципов найти общий язык с Вивекаюаядой.
Приходится тем более удивляться, что он так мало считался с экспериментальными исследованиями Раджа-иогинов Индии и что мы не старались применить у себя на Западе, при полном свете дня, предлагаемые ими методы подчинения господства тем единым, бесконечно хрупким и постоянно фальсифицируемым орудием, какое мы имеем в своем распоряжении, чтобы позвать существующее.
Допуская, – а этого никто не думает отрицать, – что иогистская психо-физиология пользуется сомнительными и устарелыми объяснениями и (в особенности) терминами, нетрудно, однако, их исправить и согласовать с сов ременной наукой (что и пытался сделать Вивекананда) эксперименты, производившиеся в течение веков. Взамен наших лабораторий индусы имели целые столетия терпения и свою гениальную интуицию. Как сомневаться в последней, когда читаешь в одном из самых древних священных текстов такие ясные строки о природе живых тел, как следующие:
"Тело есть название для ряда видоизменений… Как в реке массы воды изменяются в каждый миг и другие массы приходят, чтоб наполнить подобное же вместилище, так же бывает и с этим телом". {Бесполезно подчеркивать родство этой концепции с концепцией Элеатов. Дейссен в своей "Системе Веданты" сопоставил учение Гераклита о вечной неустойчивости "комплекса" души с индусскими учениями.
Основной идеей здесь является то, что вселенная состоит из единой субстанции, все формы которой находятся в постоянном изменении. "Общая сумма сил всегда остается одинаковою" (Раджа-иога, гл. III).}
Их вера никогда не наносит ущерба научным требованиям; она никогда не является для них условием, обязательным для науки, которой они обучают; они даже добросовестно предоставляют светскому разуму, агностическому и безбожному, возможность достигнуть истины собственными путями. Именно в силу этого Раджа-иога может подразделяться на две различные группы: Маха-иогу, которая предполагает единение "Я" с Богом, и Абхава-иогу (abhawa – небытие), изучающая "Я" "как нуль, лишенный всякого качества", {Раджа-иога, гл. VIII (резюме, вольный перевод Кармы Пураны).} как объект чистого и строгого научного наблюдения. {"Учение Раджа-иоги не спрашивает вас: "Яo что вы верите?"… Не верьте ни во что, пока вы сами не обосновали ваше верование. Всякое человеческое существо имеет право и обязано использовать эту свободу" (Раджа-иога, гл. III).} Верующие Запада могут изумиться подобной терпимости. Но она свойственна Ведантической вере, для которой человеческий дух есть Бог, не познавший себя, но могущий и долженствующий прийти к самопознанию. {Для ведантистов, как и для буддистов, рождение в человечестве есть высшая ступень, до которой доходит существо на пути "осуществления"; поэтому надо спешить им воспользоваться. Даже боги и дэвы, по представлению политеистов, не могут достигнуть свободы, не пройдя через рождение в человечестве (Раджа-иога, гл. III).} Такое Credo не столь уже отдаленно от тайных или высказанных желаний Науки. Таким образом здесь мы не находимся на чуждой почве.
