Вселенское Евангелие Вивекананды полностью

Легко представить себе, что нео-Ведантизм Вивекананды, возвеличивавший способности души и ее тесное единение с Богом, показался возбужденному народу жгучим алкоголем "К этим двум группировкам, - категорически говорит Ладжпат Рай, – к Ведантистам и поклонникам Матери, принадлежало большинство националистов Бенгалии". Чистота их верования, их личное бескорыстие отнюдь не являлись уздой для самых крайних насилий в их политической деятельности. Наоборот, они освящали их насилия. Это всегда бывает так, когда религия сочетается с политической деятельностью. "Всякий индивидуальный произвол мысли и действия оправдывался в борьбе тем доводом, что спасители народа, как факиры и санниясины стояли выше всякого закона".

Как удивляться тому, что имя Вивекананды могло быть добросовестно примешано к этим политическим насилиям, невзирая на формальное осуждение им всякой политики, – если среди политических убийц находились брахмосы, принадлежавшие в Брахмосамаджу, церкви разума и умеренного теизма!

Поэтому британское правительство в течение этого периода имело некоторое основание пристально наблюдать за религиозными организациями, хотя официальное руководство этих организаций возражало против всякого насилия и работало над медленной легальной эволюцией народа, направленной к достижению одной общей цели: независимости Индии.

Не подлежит сомнению, что нео-Ведантизм Вивекананды в сильной степени содействовал этой эволюции. {Мы видели выше, что именно как "патриот" Вивекананда больше всего влиял на Ганди (который в общем был очень мало склонен к метафизике и мало интересовался исканиями мысли). Когда с балкона в Белуре Ганди публично отдал дань почтения своему великому предшественнику, буквальный смысл его слов был тот, что "чтение книг Вивекананды содействовало росту в нем патриотизма" (сообщено Миссией Рамакришны).} Ладжпат Рай приписывает ему честь создания нового духа национальной терпимости, который с того временя постепенно освобождал Индусов-патриотов от древних предрассудков касты и очага.

Благороднейшим представителем этого великого нео-Ведантического духа был – и остается сейчас – Ауробиидо Гоз.

В то время, о котором я говорю, он был поистине голосом Вивекананды, зазвучавшим вновь из костра. Он провозгласил то же учение, отождествляющее национальный идеал Индии с ее духовным предназначением. Это то же вселенское устремление. Ничего не стоит дальше от его учения, чем грубый национализм, стремящийся единственно к политическому превосходству своего народа и замыкающийся, как говорит Ауробиндо, в "жизни прихода", высокомерный и ограниченный. Нужно быть через посредство своего народа служителем человечества; первый долг нации – работать для объединения человечества. Но не силой Оружия. Силой духа. Сущность же этой силы – в самой духовности, в очаге энергии, который называется "религиозным" в смысле, наиболее далеком от всякого вероисповедания – в сокровенном "Я" и его вечной сокровищнице, Атмане. Никакая страна, на протяжении веков, не сознавала этого и не имела свободного доступа к этому источнику в такой мере, как Индия. Поэтому ее истинная миссия – привести к нему все остальное человечество.

"Пробуждение истинного Я нации - необходимое условие национального величия. Высшая идея Индии о Единстве всех людей в Боге и осуществление этой идеи внутри и вовне, в социальных отношениях и в структуре общества, должны управлять прогрессом человеческого рода. Индия, если пожелает, может вести за собой весь мир".

Подобный язык кажется необычайно далеким от языка политических деятелей Европы. Но в такой ли мере он от него далек, как кажется? Не отличается ли он только (я говорю о языке тех из нас, кто искренно стремится к сотрудничеству всех сил цивилизации) несколько более интенсивно выраженной верой в нашу общую цель: Соединенные Штаты человечества? Ибо наши европейцы из робости не решаются дойти до утверждения скрытого в человеке Бога, того Вечного, что служит поддержкой и живым оправданием Человечеству и без чего оно было бы лишь пустой и неустойчивой сущностью.