ДЛЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ТАКОГО ДИСТАНЦИОННОГО ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ОБРАЗА ОКАЗАЛОСЬ ДОСТАТОЧНЫМ ЛИШЬ ВИДОИЗМЕНИТЬ НАШУ СХЕМУ ЭКСПЕРИМЕНТА, НЕМНОГО ЕЕ УСЛОЖНИВ. На этот раз на нашем энцефалографе осуществлялась запись не с одного, а с двух стоящих рядом на столе растений. Растения эти были расположены практически на одном расстоянии от испытуемого. Также как и в основном опыте, внушение эмоциональных состояний испытуемым осуществлялось после того, как растения «успокаивались» и на ленте энцефалографа перо начинало чертить прямую линию. Два свободных канала нашего четырехканального энцефалографа также использовались для контроля: одна пара электродов была замкнута, другая – свободно подвешена.
Суть эксперимента состояла в том, что после погружения в гипноз испытуемые попеременно отождествлялись то с одним растением, то с другим, причем в обоих случаях им внушались достаточно сильные эмоции, адресованные к соответствующему растению.
В результате такого опыта была получена на ленте попеременная регистрация активности растений. При этом четко было зафиксировано следующее: определенное растение обнаруживало волну КГР именно тогда, когда к нему было адресовано эмоциональное состояние человека. В это время перо, связанное с другим растением, записывало прямую линию. Смена каналов активного растения, фиксирующего волны КГР, происходила одновременно со сменой адресата в тот момент, когда испытуемый по команде гипнотизера менял адресата внушенных ему эмоций.
Такие закономерные смены растения – объекта эмоций – удавалось производить много раз, и каждый раз КГР регистрировалось именно с того растения, на которое была направлена эмоция испытуемого.
Как уже говорилось, схема эксперимента была проста, но с помощью него удалось внести некоторую ясность в причину биоинформационных взаимодействий между человеком и растением. Прежде всего, удалось исключить гипотезы, связанные с выбросом химических веществ, которые будто бы вызывали кожно-гальваническую реакцию растений. Эти гипотезы исключались тем обстоятельством, что растения стояли практически на одном расстоянии от человека. В этих условиях выброшенные испытуемым химические вещества должны были бы одновременно достигнуть обоих растений и одновременно вызвать у них КГР. По этой же причине можно было исключить и ту физическую гипотезу, которая признавала изменение температуры тела причиной кожно-гальванической реакции растений.
Так, основательная критика наших честных скептиков-доброжелателей привела к организации эксперимента, исключающего гипотезы, лежащие на поверхности рассматриваемые как наиболее вероятные. Этот пример чрезвычайно поучителен. Он свидетельствует о том, что в исследовании странных явлений скептики нужны и даже в какой-то мере необходимы. Но нужны доброжелательно настроенные, а самое главное – честные скептики, заинтересованные в развитии нашего действительного знания о мире, а не в доказательстве своих наперед заданных гипотез.
Итак, контрольный эксперимент с попеременным подключением двух растений позволил оставить для рассмотрения лишь гипотезу, наименее вероятную с точки зрения современной традиционной науки. Эта гипотеза предполагает, что материальный носитель идущего от человека сигнала должен содержать в себе самом некоторую структуру образа того живого объекта, к которому он был направлен.
Следовательно, ОБРАЗ ИМЕННО ЭТОГО, а НЕ ИНОГО РАСТЕНИЯ ВЫЗЫВАЕТ РЕАКЦИЮ ДАННОГО РАСТЕНИЯ. Отсюда следует, что в момент изменения своего эмоционального состояния человек генерирует не просто код как «мертвую» последовательность символов, но осуществляет живое кодирование живого существа, живого организма. Организм этот взаимодействует со своим образом, закодированном в сообщении, и в результате – кожно-гальваническая реакция именно данного растения, а не какого-либо другого.
Здесь мы пока можем абстрагироваться от анализа материального носителя образа. Быть может, в данном случае опять-таки имеется взаимодействие образа как голографической волны с объектом как выражением устойчивой волновой структуры. Эта ВОЛНОВАЯ ГИПОТЕЗА МИРА ЛЕГКО МОГЛА бы ОБЪЯСНИТЬ ОТМЕЧЕННЫЕ в ЭКСПЕРИМЕНТЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ.
Существенно, что указанное взаимодействие является фактом в достаточной степени исключительным. Зарегистрированные в наших экспериментах явления со всей очевидностью говорят о тех барьерах, которые возникают на пути изучения биоинформационных взаимодействий. Ведь чтобы зафиксировать факт связи между человеком и растением, было необходимо, во-первых, с помощью гипноза снять регулирующее воздействие лобных долей испытуемого, во-вторых, вызвать с помощью все того же гипноза достаточно сильные эмоциональные переживания. Последнее обстоятельство свидетельствует о том, что зарегистрированная форма информационного взаимодействия требует достаточно мощного психоэнергетического обеспечения».
