Из душа она вышла благоухающая духами и в коротком атласном халатике без пуговиц, который был слегка запахнут и соблюдал приличия только за счёт пояса, слабо завязанного на тонкой талии девушки. Халатик, конечно же, всё время «нечаянно» распахивался, демонстрируя Алексею запретные места её обнажённого тела. Анжелика, якобы смущаясь, постоянно поправляла халат, который то съезжал с плеча, обнажая грудь, то слишком сильно распахивался, открывая ножку почти по самую талию. В общем, Лёха повеселился на славу, еле сдерживая улыбку и наблюдая весь этот спектакль. Не в силах больше сдерживаться, он повернулся к ней спиной и стал расставлять тарелки на столе.
Анжелика со злости сильно запахнула халат и крепко связала его поясом.
Лёшка всё расставил и сел на единственный стул.
– Кушать подано, – сказал он, – присаживайся.
– И куда же мне садиться? Диван слишком низкий, чтобы сидеть за столом, – буркнула Анжелика.
– Хочешь, садись ко мне на колени, – предложил Лёшка.
– Ну ладно, только ты свои руки не распускай, – сказала она игриво, садясь к нему на колени.
– Обещаю, что буду вести себя прилично.
Совсем расстроенная, она угрюмо оглядела двенадцать тарелок со всевозможными закусками. Тут были различные салаты, сэндвичи, рыбное и мясное ассорти, икра, фруктовые желе, мороженое, пирожные, кофе, чай и даже графин с соком. В общем, глаза разбегались.
– Ничего себе, сколько еды! – поразилась она. – Мы что, гостей ждём?
– А что, у тебя пропал аппетит? По-моему, раньше ты могла ещё больше съесть, – дразнил её Лёшка.
– Ты, Лёшенька, наверное, перепутал меня со своей обжорой-любовницей, – ехидно ответила Анжелика.
Она ждала, что парень сейчас начнёт убеждать её в том, что у него отсутствуют всякие там любовницы, и расскажет ей о тяжести монашеской жизни. Но Алексей невозмутимо ответил:
– Может быть. Привычки всех девушек ведь не запомнишь.
Анжелику такой ответ почему-то очень разозлил.
– Представляю, какие у тебя девушки! – ядовито прошипела она, причём слово «девушки» она произнесла с такой долей иронии и презрения, на которую только была способна.
– А что? Нормальные симпатичные девушки.
– Они у тебя жирные, с лоснящимися, надутыми как у хорька щеками, с шарообразными животами, с колыхающимися как студень ляжками, с толстыми как сардельки пальцами… – говорила Анжелика, уже не скрывая свою злость.
– Хватит, хватит! – взмолился Алексей. – Ты мне так весь аппетит испортишь. Давай лучше будем завтракать, чем обсуждать моих любовниц.
– Я не хочу, – буркнула Анжелика, поджав губы и отвернувшись к иллюминатору.
– Ёжик, не дуйся. У меня нет любовниц… жирных, – примирительно сказал Лёха, причём последнее слово он произнёс гораздо позже предыдущих.
А потом он расхохотался. Его очень радовало и веселило такое поведение Анжелики. Он видел, что лёд между ними растаял, что девушка непонятно почему, но старается всеми силами его соблазнить да к тому же ещё и ревнует его к каким-то мифическим любовницам. Глупенькая! Конечно же, он не святой, и девиц у него было достаточно. Но если бы только она знала, как он безумно любит её! Как он просто сходит с ума от желания! Да один только взгляд на неё, одно даже невинное прикосновение заставляют биться его сердце в бешеном ритме! Разве сравнятся те чисто физиологические отношения с девицами с его чувствами к ней! Но, зная характер Анжелики, Лёшка понимал, что нельзя говорить ей о своих чувствах, а тем более показывать их. Скорее всего, то, что она сейчас хочет быть с ним, всего лишь её мимолётный каприз. А после того как Анжелика поймёт, что он целиком в её власти, интерес к нему может пропасть, и она опять оттолкнёт его и превратится в колючку.
– Да мне наплевать, есть у тебя любовницы или нет, толстые они или тощие, – оправдывалась Анжелика. – Мне абсолютно всё равно! Я с тобой, сам знаешь почему. Поэтому, как только этот корабль причалит к пристани, я к тебе ближе чем на сто метров не подойду!
– В таком случае, когда мы вернёмся в особняк, тебе придётся жить в бассейне, – продолжал улыбаться Лёшка, не обращая внимания на её сердитый тон.
Анжелика захотела встать, но Лёшка удержал её.
– Ёжик, давай мириться.
