– Да ладно… то есть я хотел сказать… нет. – Поняв, что несет чепуху, поправился: – Извини, я совсем не соображаю, что говорю. Чаю хочешь? У меня тут целый чайник. Или настойки? Крепкая, но сладкая…
– Да нет.
После смерти репортеров это был их первый разговор, и Нэд боялся неосторожным словом ранить ее. Молча смотрел на гостью, не зная, что и думать.
Дора поправила шаль на плечах, вопросительно глянула на него, смущенно опустила голову. Ей захотелось поговорить с Нэдом – о чем угодно, просто поболтать, побыть рядом. Лежать на диване и смотреть в темноту было невыносимо. Перед глазами еще стояла страшная картина горящей машины и обуглившийся труп Рэма. Она гнала от себя воспоминание, но картинка не уходила.
Минуту они просидели молча, слушая тиканье старых настенных часов и лай собаки за околицей. Слабая лампочка лампы бросала на стену причудливые тени в виде замысловатых узоров, при пристальном взгляде можно было различить фигурки людей и лошадей.
– Тебе неприятно со мной?
– Что? С чего ты взяла?
– Куда мы едем?
– Не знаю. Подальше от Зоны. Наверное, в Ламакею.
– Почему в Ламакею? Можно и в Ругию.
Нэд пожал плечами, смолчал. Он не мог сказать, что в Ламакее надеялся спрятаться от рук пришельцев.
– А я вернусь обратно. В Дамас.
– А что там?
– Студия, работа.
– Пойдешь обратно на телевидение? После всего? Извини…
Дора вздрогнула, поправила шаль, сползшую с плеча. На лице отразилась мука. Нэд подумал, что она заплачет, но Дора только прерывисто вздохнула.
– Я не могу бросить дело. Тим и Рэм погибли… кто-то должен продолжать. Знаешь, я долго добивалась этого.
– Поездки в Зону?
– Нет, я имею в виду работы здесь, на полуострове. Два года назад я окончила факультет журналистики в столице. Знаешь, наверное, АРГУ?
Нэд пожал плечами.
– Арландский государственный университет. Самый престижный вуз страны. Родители прочили карьеру международного обозревателя, работу за рубежом, высокую зарплату, потом должность на центральном телевидении…
Она вздохнула, ладонью вытерла слезу, посмотрела на Нэда.
– А я мечтала приехать сюда. Смотрела каждый выпуск «Хроник Зоны», завидовала Тиму. Знаешь, какой у него авторитет среди профессионалов? Сколько раз хотели нас закрыть, а он отстаивал. И Оридж помогал…
– Кто это?
– Драгомир Оридж, руководитель канала. Они работают уже шесть лет.
– И ты приехала сюда?
– Да. Прямо к Тиму. – Она опустила голову, неуверенно улыбнулась. На щеках выступил слабый румянец. – Я знаю, многие думают, будто мы с ним… ну… что он мой любовник.
Нэд сдержал усмешку. «Многие» – это весь Ламакен. Но глянул на девушку и сдержал замечание.
– Это не так! – Она глянула с вызовом. – Он и я… никогда. Он мне как брат. Был…
Дора всхлипнула, прижала руки к лицу. Нэд встал, налил в стакан настойку и протянул Доре. Та взяла, с трудом сделала несколько глотков, поперхнулась и надрывно закашляла.
– Он женат… на мой родной сестре. Беате. У них трагедия.
Дора подсела ближе, повела плечами, словно замерзла. Вопросительно глянула на Нэда, но тот смотрел в пол и не заметил ни жеста, ни взгляда.
– Она ведь была ведущей моделью столичного дома одежды. Ее постоянно приглашали на показы в Европу. Тим души в ней не чаял, любил. Ревновал сильно, но никогда не запрещал работать. Представляешь? Модель, мужчин вокруг сотни, все с деньгами, возможностями. Такие предложения делали…
– Она на тебя похожа?
– Что ты!.. – Дора слабо улыбнулась. От выпитого у нее заблестели глаза, и речь стала не такой трагичной. – Она гораздо красивее.
– Это невозможно.
Дора вновь улыбнулась, потаенно, смущенно. Вновь глянула на Нэда. Загадочно произнесла:
– Увидишь – оценишь.
Нэд кивнул. Не стал уточнять, что вероятность встречи близка к нулю.
– Любили они друг друга, – повторила Дора. – Она часто приезжала к нему. А однажды напросилась в поездку. Ну, он и разрешил… Снимали репортаж с блокпоста на границе с Зоной. А тут налет бандитов. Полиция вызвала подмогу, отбились. Но одна пуля попала Беате в ногу. Тим тогда обезумел. Вызвал вертолет, повезли прямо в госпиталь. Сделали операцию, потом вторую, в столице. Пулю вытащили, но нога отнялась. Задели нерв. И уже год, как Беата ходит с костылями. Представляешь – модель на костылях?
Нэд представил, перед глазами встала Дора в бикини и с уродливым костылем.
– Тим использовал все связи, возил ее за границу. Но никто не мог ничего сделать. Он весь почернел. Перевез ее к себе, каждую минуту бежал домой. Беата чуть не рехнулась. Гнала его, хотела развестись. Я долго ее успокаивала… Целый год! Молодая, красивая девушка с парализованной ногой.
– И что?
– Тим стал лезть на рожон. Бандитов ненавидит до смерти. Готов убивать голыми руками. Оридж запретил ему появляться в Зоне.
– Значит, с тех пор?..
Дора провела ладонью по ноге, тонкая ткань сорочки вырисовывала идеальной формы бедро. Стряхнула нитку и поправила край шали. Так же тихо продолжила:
