Официал непроизвольно отступил на шаг назад, рука автоматически тронула поясницу. В глазах вместе с удивлением возникло уважение.
– Два месяца назад был зафиксирован проход «контура» ПСД. Я знаю агентов, которым изменяли внешность, рост, цвет волос, видел того, кому наращивали член, и слышал о внедренных агентах с измененной памятью. Но они – особо важные разведчики. Ты – большая шишка.
Нэд поджал под себя ноги и чуть развел руки, готовясь прыгнуть, но проклятый официал не подходил ближе трех шагов, а с такой дистанции прыгать без толку.
Хорте опять пошел к лестнице, взялся за перекладину.
– Стой! Скажи, что будет с моими друзьями?
Официал пожал плечами:
– Как решит Василк. Скорее всего уберет. Я скоро вернусь, нам предстоит увлекательное путешествие…
Дверь сарая отошла в сторону, на пороге возник боевик, секунду постоял, привыкая к тусклому свету, потом захлопнул дверь и шагнул вперед. Дора смотрела на него расширенными глазами, гадая, что тот скажет.
– Что, подружка, соскучилась? Надоело без дела стоять? Ничего, сейчас мы что-нибудь придумаем.
Боевик подошел к ней вплотную, схватил за плечи, притянул к себе. Репортерша попробовала вырваться, но без рук много не сделаешь, а веревки так и не сняли, когда привели сюда.
– Ну-ну, красотка. Не ломайся.
– Пусти.
Боевик встряхнул ее, Дора от неожиданности едва не упала.
– Вот так-то лучше. – Бандит с жаром поцеловал девушку в губы, сжимая все сильнее и чувствуя, как волнующе извивается ее тело. – Не мешай. Все равно скоро в расход. Будешь послушной – еще поживешь. А нет, трахнем – и в овраг.
Ужас сковал репортершу, страх за жизнь и отвращение от лапанья бандита лишало ее сил. Боевик прижал сильнее, левой рукой нашарил ее грудь, больно сдавил.
– Что ты?.. Отпусти… Не надо…
Бандит рванул рубашку, пуговицы со стуком попадали на деревянный пол. Железная рука сорвала лифчик, расстегнула рубашку до пояса. Пальцы скользнули за ремень брюк.
– Давай, крошка, позабавимся. Ты как больше любишь?
Чувствуя, что ее вот-вот разденут, Дора завизжала. Ее крик слышали пленники в доме и старший боевиков Василк. Он с помощником осматривали груз «котона». Василк поморщился.
– Кто там развлекается?
Флер опустил пулемет на бумагу, вытер руки о тряпку и встал.
– Радко… не терпится.
– Я же сказал – баба после. Останови его, не то девка всю округу переполошит.
Флер пожал плечами и пошел к сараю. Радко успел расстегнуть ремень и вжикнуть молнией на брюках. Волосатая рука скользнула вниз, оттянула край трусиков и погладила лобок девчонки. Дора попробовала вновь крикнуть, но его рот залепил губы, пахнуло табаком.
– Давай, малышка, давай. Будешь умницей – оставлю жизнь. Наложницей сделаю.
Радко оттеснил ее к стене, где была небольшая кучка сена, и стал заваливать. Дора сумела отстраниться, крикнула. Руки сжали сильнее, выбивая дыхание, крик перешел в стон.
Они уже упали на сено, когда открылась дверь и в сарай вошел Флер.
– Эй, Казанова! Хватит. Тебя Василк зовет.
Радко разочарованно обернулся, с мольбой бросил:
– Флер. Две минуты. Я ей хоть за щеку дам. Сколько мечтал заполучить эту сучку и заткнуть рот. Чтобы не звиздела…
– Василк ждет, – повторил Флер с угрозой.
Разочарованный Радко слез с Доры, бросил на нее пламенный взгляд.
– Ладно, скоро продолжим. Я буду первым.
Он вышел наружу, Флер слегка подтолкнул его в спину, кинул на пленницу оценивающий взгляд и захлопнул за собой дверь.
Дора без сил повалилась на сено, переводя дыхание. Повезло. Сейчас опасность прошла мимо, а потом? Неужели конец? Неужели все?..
– …В коридоре. Когда станут выводить. Если успеем, пару стволов прихватим, а там как пойдет. – Диж почти шептал, поглядывая на улицу. – И так, и так смерть…
Боевики, репортеры и Мечислав молчали. Диж прав, все равно пуля. Так хоть в бою, может, и прорвутся.
– Гент, Ольбег – за мной, Аскольд и Оскар – замыкаете. Остальным в центре.
В коридоре раздались шаги, смех и металлический щелчок – кто-то снял автомат с предохранителя…
Хорте выглянул из окна дома, махнул рукой Василку.
– Выводите парня.
Василк кивнул, перевел взгляд на Радко, стоявшего с виноватым видом.
– Был приказ – пока не уйдем отсюда, никаких развлечений. Бабы, дележ – потом. Ты не слышал?
Радко пожал плечами. Виновато ответил:
– Да помню. Хотел за щеку сунуть… Хороша, тварь, балда так и стоит. Я же ее выиграл…
– Не епет! Не хрена траходром устраивать! Значит, так, любвеобильный ты наш. Вернемся, неделю охранять лодки. И минус триста за нарушение приказа! Не слышу?
– Есть минус триста, – понуро ответил Радко.
– Так-то. Вытащи из подвала пленника и веди к машине нашего друга. Живо. – Василк подозвал Флера. – Бери Дрозда и выводите остальных. К оврагу отведите, и там… Девку в машину.
– Ясно.
– Не тяните. Нам еще пилить обратно.
Хорте встретил Радко у дверей.
– Он в подвале. Вытаскивай и веди к моей машине.
Официал взглянул на боевика, тот угрюмо зыркнул из-под нависших бровей, прошел мимо.
– Не покалечь. И помоги, он сам не вылезет, связан.
