Для британской политики послевоенного восстановления последствия дефляции были тяжёлыми. Невыполнимыми оказались смелые планы увеличения расходов на социальные нужды, социальное жильё и реформу образования, обещанные в 1919 году. Прогрессисты окончательно разочаровались в Ллойде Джордже. С июля 1920 года до июля 1921 года уровень безработицы среди членов профсоюзов вырос с 1 до 23.1% (рис. 4). Изменилась расстановка сил в промышленности. 15 апреля 1921 года Даунинг-стрит обратилась с призывом к армии и флоту приготовиться к отражению последней и самой опасной забастовки «тройственного союза»[1052]. В Лондоне были приведены в готовность 11 пехотных батальонов и 3 разведывательных полка при поддержке танков[1053]. Но от былой солидарности трёх наиболее влиятельных профсоюзов не оставалось и следа, и забастовочная волна пошла на спад. В 1922 году уровень безработицы продолжал оставаться на отметке около 20%, но в забастовочном движении участвовало лишь немногим более полумиллиона человек, что было на 80% меньше, чем в 1919 году. Были и те, кто хотел довести дефляционную «контрреволюцию» до логического конца. В среде чиновников министерства финансов говорили о том, что пора урезать пенсии и пособия по безработице до «самого минимума, который не позволит умереть с голода». Однако министр Остин Чемберлен был против. После Великой войны государство не могло отказать своим гражданам в праве на необходимую поддержку[1054]. При таком уровне безработицы эти обязательства ложились на бюджет тяжёлым грузом. Если до войны расходы на все виды социального обеспечения не превышали 4.7% ВВП, то рост расходов на социальные нужды в 1920-х годах привёл к тому, что к 1930 году эта цифра почти удвоилась.
Рис. 4. Британия в период между войнами: первый скачок безработицы, 1920–1921 гг.
В наибольшей степени кризис сказался на Соединённых Штатах, Британии и Японии, но сама дефляция приобрела мировой размах. Даже в Германии после капповского путча летом 1920 года цены действительно начали снижаться, порождая как надежды на нормализацию ситуации в экономике, так и опасения, что может начаться кредитный кризис, а безработица поднимется до того же уровня, как и в Британии. Вопрос был в том, насколько далеко следует отступить. С учётом масштаба финансовых проблем и болезненности дефляции Франция, Италия и Япония предпочли стабилизацию сомнительным попыткам восстановления довоенных паритетов. Во Франции правительство Национального блока было непопулярно среди левых из-за того, что сорвало две попытки провести всеобщую забастовку в мае 1919 года и мае 1920 года. В 1919 году в палату депутатов Франции входили в основном ветераны, чей суровый внешний вид вполне соответствовал вильсоновским стереотипам. Американский посол Хью Кемпбелл Уоллес сообщал в Госдепартамент что
Став премьер-министром в январе 1920 года, Мильеран провёл не полномасштабную дефляцию, а ограниченную денежную стабилизацию. Увеличились налоги. Было проведено сокращение обычных бюджетных расходов, что, вопреки высказываниям Вильсона, обвинявшего Францию в милитаризме, затронуло и военные расходы. По сравнению с довоенным периодом численность французской армии уменьшилась с 944 тысяч до 872 тысяч в 1920 году и до 732 тысяч в 1922 году[1057]. Банк Франции прекратил неконтролируемый выпуск денег, что позволило приостановить инфляцию. Курс франка по отношению к доллару укрепился с 17.08 в апреле 1920 года до 12.48 в 1921 году[1058]. Помня о необходимости первоочередного восстановления пострадавших в ходе войны территорий, Мильеран не пошёл на резкое и масштабное сокращение правительственных расходов. В Италии, где наблюдались самые массовые во всей Западной Европе волнения рабочих, попытка Франческо Нитти сократить субсидии на хлеб в июле 1920 года стоила ему поста премьер-министра[1059]. Лишь в 1921 году, когда мировые цены на продукты упали, новое правительство, возглавляемое Джованни Джолитти, решилось отменить эту требовавшую немалых средств субсидию.
