В 447-998 году[379] снова воспламенился гневом великим Абел-Хадж, [сын] Ровда, на землю васпураканскую по следующей причине. Сын старца [другого Абел-Хаджа, эмира] хэр’ского, отложившись, перешел к эмиру ахуник’скому, [Бату]; и когда снова возвращался от него, подъезжая к границам Хэра и проезжая через какую-то деревню, [люди его] увидали играющих красивых мальчиков христианских; напав на них как волки, взяли их на своих коней и ускакали. Один из верующих, по имени Саргис [Сергей, человек] благородного происхождения, при виде этого вскочил на коня и пустился вдогонку, крича [им вслед]: «что это вы делаете?» Но они, обратившись, начали бранить его. Саргис, с мужеством обнажив свой булатный меч, всех их положил на месте, напоив его их кровью. Сына старца [эмира] он рассек пополам и возвратил мальчиков, взятых в плен.
Старец хэр’ский отправил к эмиру атерпатаканскому Абел-Хаджу [посланного] с обещанием уступить ему город Хэр, если только он накажет страну васпураканскую за кровь своего сына. [Эмир атерпатаканский] изъявил на то свое согласие и, полагаясь на многочисленность своего войска, обещал вырезать всех жителей в той стране. Собрав полчище парсов-варваров; он дошел до васпураканских границ. Уже наступал вечер: он разделил свое войско на три отряда, [приказав] одному из них с наступлением утра напасть на правую границу страны, другому — на левую; сам же с [третьим] и большим отрядом [намеревался] проникнуть в самую внутренность страны: таким образом ни один христианин не избег бы смерти. Это он задумал и сообщил своему войску при закате солнца. Но в ту же ночь было сказано ему слово христово: «Безумный, в сию же ночь потребуется от тебя душа твоя»[380], возможно ли, чтобы твой нечестный замысел исполнился! На другое утро его нашли мертвым и (таким образом) злой его замысел остался неисполненным. После его смерти власть перешла к сыну его, Мальмлану [Мамлуну]. Абу-Телуб же, эмир гохтенский, снова завладел Девином. Царь армянский Сембат при посредничестве владыки Хачика заключил с ним клятвенный договор жить в мире.
В то время, когда царь Вард находился в Багдаде и царство Василия наслаждалось миром, последний вознамерился переселить часть армян, находившихся под его владычествот, в Македонию, [дабы поставить их] против булхаров [и дать им возможность заняться] устройством страны. Вследствие чего он и перевел туда многих [армян]. Малодушные пастыри и митрополит севастийский начали притеснять армян за их веру. Последний, вооружившись жестокостью, начал истязать священников [армянских] за веру, и главных иереев города Севастии отправил в железных оковах к царскому двору. Старший из этих иереев, Гавриил, умер в темнице в пытках: он был человек старый, исполненный мудрости и твердый в божественной вере. Это случилось в 435-986 году. Прочие же незамечательные священники с двумя епископами Севастии и Лариссы — Сион и Иоаннес, при старании митрополита, отделившись от союза армян, приняли собор халкидонский. С той поры было запрещено армянам, [находившимся] в городе Севастии, через звон колокола [собираться к молитве] до приезда царя Василия в восточную страну, о чем мы расскажем в своем месте[381].
После того упомянутый митрополит вместе с прочими митрополитами начали писать пространные послания к владыке Хачику, патриарху армянскому. Ответные возражения на них, исполненные сильных доводов, написали вышеупомянутые вардапеты. Мы считаем не излишним привести здесь один из этих ответов.
Как разумное существо, человек при появлении Слова Божия, удостоился божественного, небом дарованного, [ни с чем] несравненного мира, превосходящего [всякую] мысль [человеческую]; и потому мы, идущие по указанной им стезе, с крайним неудовольствием смотрим на смуты, [возникающие по поводу] не только важного, но и ничтожного вопроса, [и сокрушаемся тем более, когда видим], что послание ваше, о почтенный глава епископов и митрополит великого жребия севастийского! О различии веры приводит к вражде. Григорий назианзинский говорит: угроза не имеет в себе ничего великого [ибо] на это способны и самые ничтожные люди; но говорить языком кротости и мудрости могут только мужи мудрые и совершенные. На этом основании и мы не намерены на ваши порицания отвечать порицаниями; ибо ни мы, ни церковь божия не имеем такого обычая, как говорит блаженный Павел[383].
