В последнее время я много плакал, в основном, по себе, но это первый раз, когда действительно плачу по деду.
Мы сидим под деревом, и Лори сжимает меня в объятиях, и кажется, будто все не так уж мрачно. Потому что плохое — страх, злость, боль и вина — наконец-то ушло, и осталась только скорбь, очищенная от всего, кроме любви. И я не против поплакать из-за любви.
Серьезно.
Когда все слезы кончились, я целую Лори и говорю спасибо и как я его люблю.
— Я тебя тоже люблю, — отвечает он. С такой легкостью, что сложно поверить, будто когда-то приходил в ужас от одной только мысли об этом. — Ты меня делаешь очень счастливым.
Смотрю вверх на него и улыбаюсь. Я так горд, что могу подобное. Что могу сделать счастливым такого мужчину, как Лоренс Дэлзил.
— И собираюсь продолжать делать еще долго-долго.
Кажется, этого не следовало говорить, потому что он хмурится.
— Тоби, у меня нет… каких-то ожиданий.
— О господи, только не заводи опять ту же волынку. Ну не в наш же дико романтичный день, в ходе которого я уже успел порыдать.
Он слегка заливается краской и смеется, но тени из глаз пока никуда не ушли.
— Я просто имею в виду… Тоби, тебе ведь всего девятнадцать, а мне тридцать семь. Сейчас мы друг другу подходим, но может прийти время, когда перестанем подходить. Когда тебе исполнится тридцать, мне будет почти пятьдесят. — Я уже открываю рот, чтобы прервать его с презрительным «и чего?», потому что ну вот честно. Никого не хочу любить, кроме Лори. Но тут он продолжает, так и не дав мне сказать: — Наши представления о времени и расстоянии имеют свойство меняться. Иногда будет казаться, что нас ничто не разделяет, а иногда — что целая пропасть. И, возможно, однажды окажется, что мы не знаем, как ее преодолеть.
Все-таки временами для такого умного человека, который по идее старше и мудрее меня, он малость балбесина.
— Это ж отношения, Лори. Они тоже имеют свойство меняться. Ты обнаружил, что не знаешь, как преодолеть пропасть между тобой и Робертом, и там возраст не имел никакого значения.
— Пожалуй, но…
— Может, однажды ты мне изменишь или…
— Я тебе никогда не изменю.
— Ладно-ладно. — Я встаю и отряхиваю землю с задницы. — Может, однажды тебя начнет воротить от моего лимонно-безешного пирога, или ты решишь, что у меня от ног воняет, или мои комплексы станут раздражать, а не умилять. Смысл-то в том, что… будем думать об этом, когда оно случится.
Он улыбается мне в ответ, задрав голову и щурясь от пробивающегося сквозь ветви деревьев солнца.
— Даже представить не могу ничего из вышеописанного.
— И я тоже не могу, так что давай сегодня просто любить друг друга.
— Договорились. — Он поднимается со всей свой грацией и силой, которые готов, не колеблясь, положить к моим ногам, если попрошу.
И весь мир вокруг нас зеленый, и белый, и золотистый, и застывший в ожидании.
Я протягиваю руку, он ее принимает, и вдвоем мы идем навстречу весне.
Почти конец
Кинковый лимонный пирог с безе от Тоби
Рассчитано на 12 порций. Приготовление занимает около двух часов, плюс время на остудить (и потрахаться).
Ингредиенты
Как делать:
Разогрейте духовку до 200oС.
Убедитесь, что у вашего парня есть кухонный комбайн или электрический миксер. Не, серьезно.
Хорошо перемешайте муку, соль и сахар в комбайне или блендере. Добавьте масло и маргарин и смешивайте на импульсном режиме, пока не образуются комочки величиной с горошину. Добавьте воду и водку и смешивайте импульсами, пока не сформируется тесто. На это должно уйти около шести импульсов.
Сформируйте из теста шар и раскатайте его по размеру вашей формы на присыпанной мукой поверхности. Выложите тесто в форму и вдавите пальцами в стенки. Закройте фольгой и уберите в холодильник на 30 минут.
