Мартин сидел у бара и мутным взглядом всматривался в зеркало за бутылками с алкоголем. Между цветных горлышек он видел кусочек своего отражения, но не мог его узнать
– Достаточно, Мартин, – сказал он, протирая блестящую столешницу. – Вызвать тебе такси?
Мартин посмотрел на него из-под опущенных век и улыбнулся, как безумец.
– Я сам такси, – пробулькал он. – Понимаешь, Рамирес? Позвони мне… – он замолчал из-за накатившей тошноты. – Ещё раз «вампиршу»!
– Как хочешь, толстяк, – кивнул Васыль и сделал коктейль с томатным соком. – Только не упади на пол.
Мартин не отозвался, поэтому бармен вернулся к протиранию бокалов на полке. Потом прикатил из кладовки новую бочку пива, обслужил клиента, поговорил по телефону со своим приятелем, и все это время думал о пьяном таксисте. Он глянул в его сторону и подошёл к столику, за которым сидели двое мужчин, они заказали на обед стейк, картошку фри и холодное пиво. Оба много лет работали таксистами.
– Яни, не знаешь, что случилось с Мартином? – тихо спросил Васыль одного из мужчин. – Обычно он не начинает пить так рано. Я видел, ты разговаривал с ним при входе.
– Знаю, что случилось, – ответил тот с полным ртом. – Какой-то придурок хотел, чтобы он отвёз его в «Омегу», и у Мартина поехала крыша. Пассажир напомнил ему сына.
– Аха… – Васыль придвинул стул и сел за столик. – Сколько лет прошло? Десять?
– Парень повесился как раз тогда, когда приняли этот закон. – Яни почесал затылок. – То есть восемь лет назад. Потом ещё два года Мартин воевал с прокуратурой о размере наказания за смерть сына. Влетел в такую сумму, что вынужден был продать дом. Представляешь себе? Живут с женой в какой-то клетушке, полной мусора, потому что его жена спятила и тащит всякую дрянь со свалок.
– Не говори про такое, когда я ем, – произнёс другой мужчина. – Меня тошнить начинает.
Маленький смерч на Республиканском круге поднимал вверх тучи пыли. Полицейские, которые боролись в полдень с растущей пробкой, постоянно тёрли глаза, не защищенные солнечными очками. Частички пыли прилипали к потным лбам и щекам, попадали в нос, царапали горло. Кроме того на дороге постоянно появлялись странствующие рыцари, которые всё не могли съехать с круга. День был тяжёлый, солнце палило.
Руководящий сменой старший сержант заметил такси, зелёный «крайслер», который повернул влево на красный свет и старательно кружил вокруг островка. В машине не горела фара, что квалифицировалось как нарушение и подлежало наложению штрафа. Сержант с гордостью заметил, как один из стажёров с жезлом подбежал к такси. Он спокойно ждал, пока парень не заставит автомобиль съехать на обочину, но молодой капрал внезапно отвернулся и пошёл в другую сторону. Шеф замер, глядя, как машина съезжает на внешнюю полосу без всякого штрафа. Через минуту он настиг капрала и начал кричать на него высоким, писклявым голосом.
– Это было городское такси, – объяснял парень, глядя в землю. – Я подумал, что нет смысла…
– Подумаешь, когда будешь чистить клозет в управлении! – кричал сержант.
– Слушаюсь, – пробормотал капрал. – Прошу прощения.
Тот факт, что это было такси, на самом деле не имел никакого значения. Молодой полицейский был чрезвычайно суеверен и никогда бы в жизни не остановил транспорт, отмеченный номером тринадцать. Регистрационного номера «крайслера» – SE2Y135 – хватило, чтобы навлечь на капрала гнев начальника. Он мог только покорно слушать и выдумывать причины, потому что если бы сказал правду, то мог бы попрощаться с желанной работой. Он это хорошо знал. Не каждый суеверный человек лишён разума.
Центральная долго вызывала водителя зелёного «крайслера». Жуя жвачку и заговаривая пассажиров, Томас ответил на звонок, нажав кнопку на трубке.
– Здравствуй, дорогая, – сказал он диспетчеру Гине.
– Не паясничай, Том. Есть рейс с Центрального, который ты должен взять. Ты же там заканчиваешь, правильно?
– Именно так, дорогая.
– Кто-то заказал через Синет рейс до «Омеги» и заплатил вперёд. Если к тебе подойдёт пассажир, то не бери с него деньги, но ничего ему не говори.
– Как фамилия?
– Заказчик не указал фамилию, но сколько людей могут ехать в этот дом смерти?
– Загадочное дело, – усмехнулся Том. – В котором часу прибывает поезд?
– Если верить расписанию, пассажир уже на перроне, – ответила Гина с ехидством. – А перед вокзалом стоит только Мартин, который скорее выбьет гостю зубы, чем отвезёт его в «Омегу». Так что поспеши.
– Чёрт, – вырвалось у Тома. – Тогда, конечно, нужно пошевеливаться. Буду через пять минут!
– Рассчитываю на тебя, дорогой! – крикнула Гина ему прямо в ухо и отключилась.
