Я привыкла полагаться только на себя, потому что сиротка со странной внешностью никому не нужна. Но то, что для других было странностями спасло наш детский дом от взрыва газа, трижды. А развиваясь мой дар привлек скупщиков даров. Я стала не просто девочкой с экзотической внешность, но и редким товаром.
Мир Марунгу не мой родной мир, в него я попала, когда мне было полтора года. И свой родной мир вижу только во снах. Его населяют такие же белокурые и белоглазые люди как я. В этом мире такая как я одна. Можно было бы затеряться в толпе если бы не глаза, они выдают меня. У меня белая не только сетчатка, но и зрачок. Когда меня нашли на улице решили, что ребенок слепой. Говорят, я похожа на альбиноса, но я не альбинос. И я не слепая. Просто вижу мир по-другому не как существа, населяющие его.
Меня отдали в школу интернат. Сирот достаточно хорошо разбирают в приемные семьи. Работник никому лишним не будет. Но не я. Как только смотрят мне в глаза, сразу идут на попятную. И к концу выпуска из сирот осталась только я. Хотя в этом же интернате учатся дети, которые не могут ходить в школу каждый день. Им удобней жить тут и дома бывать только на летних каникулах.
Местные учителя, нянечки и воспитатели шарахались меня только первое время. Потом привыкли и даже полюбили. А я старалась часто не смотреть прямо в глаз. Во-первых, людям, работающим тут это не нравиться, из-за моих глаз. А во-вторых, в моем зрении есть особенность, я не вижу белый цвет, я вижу сквозь него. И вместо белков глаз я вижу только сетчатку глаза и зрачок, и сосуды, которые есть в глазу. Малоприятное зрелище. Поэтому на себя в зеркало я стараюсь лишний раз не смотреть. Потому что слишком много белого во мне.
Один из меценатов, чтобы пропиариться подарил сиротке компьютер. А на выпуск собственную квартиру. Даже с возможностью выбрать из нескольких вариантов. Очень щедрый подарок. Думаю, это сыграло ему хорошую рекламу. Получив компьютер, освоила рисование не только на бумаге. И к выпуску из школы уже имела хороший доход, рисуя рекламные плакаты, буклеты, сайты. Моей фишкой было то, что делаю все ярко, так что реклама цепляет и хочется перейти дальше. Единственным моим условием, указанным в профиле на фрилансе – не работаю с белым цветом и близким к белому. Рисую ярко и узнаваемо.
Забавно вспоминать, как мне подарили компьютер. Директор показала меня меценату сказа что эта деточка хоть и выглядит экзотично, еще очень умненькая. И спасла школу от взрыва почувствовав утечку газа.
Угу, прям почувствовала газ, который взрывается при малейшей искре и без запаха. Три раза ха-ха. Я его банально вижу. И много вижу из того, что не видят остальные. Но воспитатели говорят не говори, что ты это увидела, говори, что почувствовала. Ведь некоторые существа, у которых есть второй облик могут почувствовать даже такой газ.
Вот после этого я привлекал к себе внимание власть имущих. И они за мой счет устроили себе рекламу. Главное, что это пошло мне на пользу и ничего не пришлось для этого делать. А так, да умирать не хотелось потому и сказала воспитателям про газ. И эта неприятность с дешевым устаревшим отоплением повторялась трижды. И последний раз чудом спаслись от взрыва. От газа задохнулся сторож, который должен был его перекрыть. Меня в тот день не было в интернате. Мы с детьми были на экскурсии в городском музеи искусства. А когда приехали к интернату, я сразу сказала газом воняет очень сильно. Потом специалисты сказали еще бы несколько минут и был взрыв. Вот после этого мне пообещали квартиру.
Собственно, из двух вариантов я выбрала ту, что была на первом этаже с хорошей пристройкой. Совсем не большая с одной комнатой, кухней и пристройкой. На кухне устаревшая плита с газом.
– Потом сможешь заменить на современную работающую от артефакта.
Просто кивнула. Большая часть людей что видела меня в первый раз воспринимали меня слепой. И большую часть из них я не разуверяла. Муторно и не верят. Белые глаза равно слепая. А мне чтобы видеть более-менее белый цвет нужно одевать цветные линзы максимально темного цвета. Но через два, максимум три часа начинаеть голова. Потому пользуюсь ими только в крайних случаях. А чтобы просто лишний раз не привлекать внимание к глазам, ношу темные очки.
В квартире, которую мне подарили и на меня оформили по всем правилам была даже минимальная мебель. Диван угловой – видно, что старенький, но в хорошем состоянии. Письменный стол и шкаф в комнате. И минимально необходимый набор в кухне и ванне. Есть все для жизни. Бедненько, обшарпанное, но зато свое. Одежда и даже постельное мне дали в детском доме. Выпустилась я в семнадцать лет. За год до совершеннолетия. Директор официально до сих пор является моим опекуном. Но вряд ли будет вмешивать в мою жизнь и вряд ли будет помогать. Мне кажется, он выдохнул, когда детский дом, он же школа интернат закрыли на ремонт. Для проформы сказал, что могу звонить ему. Но от нянечек знаю, что он собирается куда-то далеко уехать. И скорей всего сменить работу. Думаю, одна не пропаду. Всего год до совершеннолетия.
