— Ты ошибаешься, мне не все равно. Но она хоть и была видящей, аэйн-эйне, она все-таки всего лишь аэн-седхе. А моя дочь была наследницей леса. Подобные нам существа рождаются раз в тысячу лет, и они убили её. Поэтому, когда я увидел Отто, я немного потерял контроль. Я узнал его, он сохранил свою внешность сквозь века. Мы могли уничтожить стену чуть медленнее и целиком. Пробить брешь и оказать рядом с врагом один на один было глупо. Но месть застилала мне глаза, и я сам заплатил за это. Это не значит, что я не сожалею о жертве Беатрис. Но больше я не дам эмоциям управлять мной. — чародейка ушла в другую комнату. Исповедь Самди привлекла общее внимание. Я вышел за Йен, догнал ее тронув за плечо.
— Что это было?
— Ничего. Просто вопрос.
— Вы были знакомы раньше?
— Неважно, Геральт. Это не имеет значения.
— Расскажи мне?
— Это не твое дело, ведьмак. — она вырвала руку и ушла от меня тоже. Я остался в замешательстве. Я думал они впервые встретились в Каэр-Морхене. Что ее разозлило? Мне ведь начало казаться, что у нас снова все налаживается, в замке мы уже спали вместе. Но в такие моменты ее отчужденность, ее холодный тон просто убивают меня. Она как будто говорит мне, кто я такой, чтобы лезть в дела взрослых? Кто я такой чтобы Йенифер из Венгеберга объясняла мне что-то? Я отправился пить, благо компания подходила. Ни я, ни ламберт не получили серьезных ран, а значит активный отдых нам не противопоказан. Тем более, что к утру меня, при любом раскладе накроет интоксикация, от того набора эликсиров, который я выпил. Наличие или отсутствие похмелье в такой ситуации сложно будет определить.
Я проснулся от того что меня кто-то настойчиво тыкал сапогом в бок. Это было большим свинством, так как организм мой страдал бы одно и то же количество времени, и чем большее его количество я мог провести в забытье, тем лучше. Носок сапога был острым и подняв глаза я увидел Йен.
— Собирайся. Нам пора.
— А как же три дня на отдых? — я с трудом поднялся. Когда меня будили ногами, я уж боялся, что уснул на полу. На деле все было не так уж плохо, я в кровати, а чародейка бесцеремонно разгуливал по ней обутой.
— Не для тебя. У тебя час на сборы. — отрывисто бросила она и вышла во двор. Спустя минуту мне пришлось последовать за ней. На улице Вернон старательно поливал голову холодной водой. Солнце было уже высоко, перевалило за полдень. Странно обычно при интоксикации долго проспать мне не удается. Я присоединился к шпиону. Чародейка наблюдала за нами, поджав губы.
— Йен, что случилось? — спросил я, понемногу приходя в себя.
— Нам нужно встретиться с Дийкстрой. Нам нужна информация. Мы не знаем больше ни одного вампира, думаю если посидеть, подумать сложить, то что знаем мы и, то что знает он, то может быть что-то всплывет.
— А зачем вам я? Я же в этом ни черта не смыслю.
— Абсолютно верно. В кое-то веки ты прав. На этой встрече ты на хрен не нужен. Я бы лучше взяла в пару к Роше Казимира. Он то в курсе раскладов на политической карте. Но старый боров сказал, что это должны быть ты и Вернон. И с Филипой они на дух друг друга не переваривают.
— Встреча выпускников, так сказать — ввернул Роше.
— Разве что одного дурдома. Дурдома, который зовется мир. — сказал я задумчиво. — А Дийкстра же сейчас безработный. Радовид попер его, разве нет?
— У тебя устаревшая информация друг мой. — ответил шпион, вытирая голову. — После очередной, последней чистки рядов в Редании все пошло кувырком. Инстинкты Радовида подсказали ему, что он переборщил, и он вернул половину репрессированных на их должности.
— И наш глава шпиков так легко ему это простил?
— А что ему оставалось. Его карьера на гражданке не задалась. Он пытался побыть шишкой криминального мира, но там тоже прогорел. Мы хоть и были в конкурирующих организациях, но надо признать мужик то он нормальный. Не сказать, что уж совсем мягкий, но и не без души. А с такими принципами в том бизнесе, куда он пытался влезть никак, даже при его навыках и знаниях. В итоге куковал он на задворках истории. И когда люди Радовида его нашли, ему пришлось прикусить гордость и вернуться.
— Конкурирующие организации. Помню времена, когда ты называл Темерию родиной.
— Много говна я в жизни повидал, Геральт. И что понял так, что все едино. Черные, красные, патриоты. Даже этот совет ваш, вроде, как и о людях думает. А людям все одно вилы.
— Вы еще бутылочку раздавите может быть под разговоры? — уточнила Йен. — Собираемся.
— То есть одноногий теперь снова на коне? — резюмировал я.
— Типо того. — отозвался Роше.
— А какой ему резон помогать нам? Может он вообще сдаст нас Радовиду? Как мы планируем встретиться? Он вообще сам то в курсе о совете?
— Дийкстра в курсе. В этом мире мало того, о чем он не знает. Он не знает подробностей, про вампиров и их цели. Но деятельность тайного общества на севере четко подмечает. А Радовид не знает, ни про совет, ни про встречу с нами.
