— Это был твой выбор. — сурово ответил вампир. — Ты мог дать ей умереть и жить с этим дальше. Или не мог.
— Самди предал меня.
— Это не так. Он заложник твоих решений. Ты знал, что, спасая Йенифер, ты нарушаешь условия договора. Это неминуемо заставило вмешаться дракона. Он обязан поддержать противоположную сторону. Три Галки сочувствует тебе. Когда-то ты спас его сына. Поэтому он стремился как можно скорее разобраться с этой истории. Вмешаться и передать вас обоих совету. Тем самым сняв с себя обязательства и устранившись от действий. Что он и сделал. При этом использовав Хозяина леса. Иерархия сынов леса очень строгая вещь. И если всякая шушара вроде скоятаэлей или дриад могли ее нарушить и ослушаться Самди, то он сам обязан был подчиниться золотому дракону. Что он и сделал.
— Ты можешь мне помочь?
— Нет. Я сожалею, но я не могу. Я связан обязательствами.
— Конечно, ты ведь вмешиваешься только, когда тебе это выгодно. — вмешалась Йенифер.
— Обвинения от тебя, Йенифер из Венгеберга, выглядят несколько гротескно в сложившейся ситуации.
— Нас убьют? — спросил я.
— А это весьма любопытный вопрос. Должны убить. Но, как ты можешь заметить, до сих пор этого не сделали.
— Почему?
— Ситуация довольно сложная. Но у меня есть возможность ввести вас в курс дела. Первым в этот мир попал наш старший, тот кто сейчас живет у разлома реальностей. Его так и называют — первым вампиром. Это было еще до сопряжения. Мы не знаем наверняка точных обстоятельств, почему это оказалось возможным. Он создал высших вампиров — по своему образу и подобию, наделил силой. Все прочие сущности — альпы, бруксы и тому подобное, это, скажем так, побочный продукт. Мы были детьми этого мира и жили в нем, принимали активное участие в его истории. Но он так и не стал здесь своим. Наша реальность кажется ему лишь бледным отголоском той, в которой он был рожден. Она не вызывает у него интереса. Поэтому все свое время он проводит у разлома, у места, где физически произошло то сопряжение реальностей, которое позволило ему попасть сюда. Или сбежать. Там ткань пространства истончается, и он может видеть что-то, понятное и интересное ему одному. Дела нашего мира не трогают его. Но мы по-прежнему связанны с ним. И он обладает властью над всеми своими созданиями. Поэтому никто из нас никогда не сможет выступить против совета. Если большинство скажет первому, что один из нас предатель — тот уничтожит его, не пытаясь разобраться в ситуации. А ты помнишь, что он в силах призвать любого из нас. Никто из высших не способен скрыться. Поэтому, когда я говорю, что не могу помочь или рассказать что-то, я действительно не могу. Он редко встречается со смертными. И совсем не понимает, как устроен этот мир. Когда ты убивал ту бруксу в приюте, ты пришел к нему с этой дурацкой идей про обрушение пещер. И это сработало, сильнее чем кто-либо мог ожидать. Он читает мысли любого легко, как открытую книгу. И в тот момент ты правда верил, что это сработает. Что если ты умрешь, Золтан на твои сбережения взорвет там все к чертям. Эта картина, яркая, в твоей голове очень запомнилась ему. И напугала его. Он легко разрешил тебе сделать, то что ты хочешь, ведь та младшая, он до твоего появления даже не знал о ней. Ему было плевать. Но он не забыл. И сейчас он по-прежнему помнит, что твоя смерть — эта угроза для этой системы пещер, его дома. Конечно это глупость. Совет это понимает. Мы можем забрать твои деньги. Убить всех твоих друзей. Оцепить периметр и охранять его. Есть куча решений. Но он не станет нас слушать. Все доводы разума бессильны, он не знает ничего об этом мире и власти, которую мы в нем имеем. Поэтому пока, что он дал прямой приказ не убивать вас обоих. В том числе и чародейку, чтобы не вызвать какой-то ответной реакции. Совет обсуждал сложившуюся ситуацию в течение шести часов, но так ничего и не придумал. Пойти против воли первого никто не осмелится. Спорить с ним и пытаться его убедить, тоже занятие рискованное. Так что пока ваша казнь откладывается на неопределённый срок. До тех пор, пока совет не придумает, как обойти прямой запрет, вы остаетесь нашими пленниками. Геральт, если тебе что-то понадобиться, ты можешь обращаться ко мне. Передать последние слова или что-то сделать. Само собой, я смогу выполнить это только после того как. И само собой еда, вода. Хотя полагаю при твоем уровне интоксикации, есть ты сможешь не скоро. Также за вами будет приглядывать тюремщик. Его зовут Крисс. Он не вправе вступать с вами в разговоры, но касательно бытовых нужд вы можете обратиться к нему также.
— А что с Филипой? — вмешалась Йенифер. — Вы убили ее, или тоже держите где-то в своих подземельях?
— К сожалению, я не могу раскрыть никакой информации касательно госпожи Эйльхаарт.
— А что насчет кроватей? Это входит в набор доступных бытовых услуг? — продолжила чародейка.
— Увы, боюсь, что это также невозможно. Это было требование к условиям вашего содержания поддержанное большинством. Удобства тоже только в углу. И, Геральт, вот возьми. — он протянул что-то через решетку.
