В столовую — учитывая уровень ведомственной гостиницы, рестораном здесь и не пахло — я сходил, и с аппетитом позавтракал по выданному мне Храбсковым талону. До обеда просто лежал на постели, предоставляя организму самому бороться с болезнью. Повезло ещё, что не получил осложнений, всё ограничилось банальным насморком, хотя он и сопровождался общим недомоганием. Слабость ещё присутствовала, но я нутром чуял, что дело идёт на поправку.
Так что практически весь день я валялся в кровати, листая принесённые Храбсковым откуда-то журналы и периодически поглядывая в экран чёрно-белого телевизора. А вечером — чемодан, вокзал, и поезд до родной Пензы.
И почему я не родился пусть даже не в Москве, а хотя бы в каком-нибудь Туапсе? Водоёмы, и море в частности я любил, наверное, не зря по гороскопу Рыба. Вообще в своей первой жизни ближе к пятидесяти годам я начал мечтать о собственном домике на берегу моря. Скромным, но с садом и верандой, на которой можно было бы сидеть в плетёном кресле с ноутбуком на коленях (а лучше на маленьком столике), и чтобы тебя обдувал лёгкий бриз с моря. А на столике — ваза с черешней. Идиллия!
Подобное могли себе позволить русские писатели, тот же Чехов не вылезал из Крыма, правда, заодно лечил свои чахоточные лёгкие. Как там у Антон Палыча…
Впрочем, и нынешние классики соцреализма, я уверен, имеют возможность отдыхать не только на казённых дачах в Переделкино, но и на югах. Мне же до классика ещё расти и расти, тем паче что я не собираюсь писать о перевыполняющих план шахтёрах и сталеварах. Нет, воспевать труд простых работяг, само собой, нужно, но не таким способом, когда во время чтения книги или просмотра фильма одолевает зевота. Тот же читатель должен получать удовольствие от прочитанного, заряд эмоций, желательно положительных, сопереживать героям и с нетерпением листать страницы романа, желая узнать, что же там будет с ними дальше.
М-да, куда-то не туда меня увело, думал я, пытаясь всё-таки уснуть под стук вагонных колёс. Завтра Пенза, мама удивится моему столь раннему возвращению, так что придётся рассказывать, что проиграл в первом же поединке. Ну, думаю, она не сильно расстроится, я её предупреждал, что турнир чуть ли не проходной, да и в курсе она относительно моей простуды. В училище больше расстроятся, там ждали моей победы и уже наверняка готовили в свежем выпуске стенгазеты место для поздравления. Теперь же ограничатся поздравлением с Новым годом.
«Новый год к нам мчится, скоро всё случится…» А что, песня «Дискотеки Авария» по-своему очень может зайти нынешние молодёжи, по нынешним временам прозвучит очень даже оригинально, да ещё и рэпчик — свежая струя, так сказать. Разве что текст подчистить, из которого я, честно говоря, помнил разве что припев да пару куплетов. Убрать все эти «слегка поддатый», «вина побольше» и «подарки в Польшу». Достаточно будет пары незамысловатых куплетов и оригинального припева. А уж мотивчик припева такой запоминающийся, что его будет распевать вся страна не один год.
Тем более у нас 29-го декабря в училище намечалась в актовом зале дискотека, где, правда, собирались просто гонять записи всяких «Бониэмов» и «Ирапшенов». А тут мы можем выскочить на несколько минут с одним синтезатором и парой микрофонов, спеть наш новый хит и убраться восвояси. И после этого записанная на магнитную плёнку песня, что называется, полетит по стране. Может даже «Мелодия» на какой-нибудь миньон расщедрится.
В общем, захватила меня эта идея, и в итоге я уснул далеко за полночь, дав себе зарок по приезду заняться песней вплотную.
[1] Сын проститутки (груз.)
Как я и надеялся, новость о моём поражении по причине простуды дома особого ажиотажа не вызвала. Конечно, родители попеняли, что не отказался сразу, мог бы спокойно с мамой и Ингой вернуться домой тем же поездом. С Ингой я созвонился, сказал, что придётся пока пару деньков дома посидеть, чтобы не хлюпать при своей девушке уже густеющими соплями. Благодаря болезни я сумел избежать участия в итоговой комсомольской конференции на уровне райкома, куда меня хотели было отправить, узнав, что я вернулся с соревнований раньше срока. Зато догнала меня грамота от пензенского обкома ВЛКСМ за успехи в спорте — отметили мою победу на первенстве Европы.
Двумя днями моё заточение и ограничилось, однажды утром 24 декабря я проснулся и понял, что практически абсолютно здоров и, более того, невыносимо хочу жрать. На календаре — воскресенье, порепетировать сегодня не удастся, но я обзвонил свою команду и велел всем завтра в 4 часа дня как штык быть в училище. О причине срочного сбора раньше времени решил не распространяться, завтра всё и узнают.
