— Госпожа, ситуация меняется, а мы не знаем, что происходит. Вчера Грофф заметил неподалеку, к западу, группу разведчиков. А несколько дней назад мы видели двоих нюхачей, видимо, из этой группы. Мы не просили вас заглянуть в сны, потому что это может быть опасно. Но, может, вы сумеете прочесть это для нас? Это предупреждение от человека, который владеет волшебной силой, но никто из нас не смог разгадать послание. Я просто покажу вам камни, а вы попробуете прочесть это предупреждение. Ничего больше.
Дрин взглянула на молодого лорда, ее лицо было бесстрастным. Затем женщина кивнула, и четверо мужчин опустились рядом, скрестив ноги. Лорд Ярт больше ничего не спрашивал, а просто высыпал перед шкурами, на которых спали женщины, содержимое мешочка. Камешки глухо застучали по каменному полу, но не раскатились.
Нош перегнулась через плечо Дрин, чтобы получше видеть.
— Я уже говорила вам, лорд Ярт, — устало промолвила Дрин, — что чтение тайных знаков — не моя стихия. В Рифте мы делали это по-другому, и ваши знаки отличаются от тех, которые прежде использовали мы. Но…
Она уставилась на камешек, в котором светилась цепочка зеленых огоньков.
— Дитя, — повернулась Дрин к Нош. Ее голос был прежним, каким она часто давала девушке поручения. — Используй дар Лиры… это единственное, что мы можем сделать.
Глаза лорда Ярта расширились от изумления. Нош осторожно протянула руку и дотронулась до ближайшего камешка. На нем знак Храма перечеркивала жирная черная полоса.
Девушка взяла камешек в одну руку, а второй прикрыла сверху. Внутри сомкнутых рук полыхнуло жаром. Это было не простое тепло, исходящее от драгоценных камней, найденных на берегу. Гораздо сильнее. Девушка машинально прикрыла веки.
И она увидела! Увидела огромный зал, заполненный людьми. А один человек возвышался над толпой, стоя на помосте. Его лицо под высокой тиарой было изможденным, кости, обтянутые кожей. А глаза… это были глаза пойманного в угол зверя, который уже видит приближающегося охотника и чует свою смерть.
Наконец Нош нашла подходящие слова и принялась описывать видение. Но тут жар от камня стал совсем нестерпимым. Она вскрикнула и выронила его. Но в ней пробудилась уже иная воля — не ее, не Дрин, а кого-то выше… Нош взяла другой, королевский камень и прикрыла глаза.
И еще один человек с загнанным лицом. Он сидел и резко выкрикивал приказы тем, кто пробегал мимо. В его глазах тоже светилось предчувствие близкой гибели.
— Жрец… Король… — зачарованно промолвил Ярт, когда второй камешек выпал из ее рук. — Но ты, разгадчица, сказала, что они испуганы?
— Они в панике, — согласилась Нош, наклоняясь за третьим камнем. Не за сияющим огоньками, а за тем, с тусклым жаром посредине.
Ей сразу же захотелось отбросить его, но девушка не смогла. Ее окружил мрак. Но не ночная темнота, а полное ничто, извивающееся от боли, как издыхающая змея. Затем из самого средоточия этого мрака протянулся луч света, воспаленно мерцающий каким-то ядовитым, смертельным огнем. Этот луч был красным, как открытая рана, выжженная ядом. Никого — только огненный глаз. Но…
Он искал! Нош закричала. Кто-то из собравшихся выбил камень из ее рук.
Дрин смотрела куда-то за спины мужчин, в стену. Нош прижала обожженные руки к груди. Из ее глаз полились слезы. Но…
Он искал! Нош заметила, что Крин почему-то стоит — видимо, это его удар выбил страшный камень из ее ладоней. В противном случае этот глаз искал бы ее, пока не увидел. Девушка знала это наверняка. Она сжалась в комок, коснувшись лбом коленей. И закричала изо всех сил:
— Он ищет!
С губ Дрин сорвались слова, которые Нош едва смогла узнать. Сила против силы… Ей хотелось прижать к ушам горящие ладони, чтобы не слышать этих слов, этого голоса…
А потом…
Потом заклятие Дрин переросло в грохот. Нош тряхнуло — не от страха, хотя она никогда еще так не боялась. Сама скала под ногами задрожала, будто какой-то великан встряхнул ее, словно старый плащ.
КОГДА МИР ВОКРУГ начал рушиться, в голове Крина мелькнула горькая мысль — вот что бывает, когда играешь с колдовством! Сквозь грохот обвала донесся отчаянный крик. Огонь костра угас, и навалилась темнота, которая подхлестнула безумие происходящего, потому что каменный пол под ногами заходил ходуном.
Голова Крина раскалывалась. Юноша поднял руку и, коснувшись лба, ощутил под пальцами влагу. А запах свежей крови он не спутал бы ни с чем.
Неподалеку блеснул огонек, ослепив его на несколько мгновений. Послышались вскрики и стоны. Крин осторожно пошевелил ногами. На них навалилась какая-то тяжесть, но когда юноша задвигался, тяжесть пропала. Новый огонек. Крин сразу же отвернулся, спрятав лицо в сгибе локтя.
Тишина — полная и устрашающая. А затем снова — взрыв ругательств, воплей и стонов… Каменный пол опять стал неподвижным, так что Крин осмелился подняться на ноги.
