При мысли о воде и еде Саранна почувствовала, что способна двигаться. Но, попробовав сделать шаг, пошатнулась, и Дамарис пришлось поддержать ее. Луны, даже убывающей, не было. Саранна не понимала, как девочка находит дорогу в зарослях. Они вышли на открытое пространство, в центре которого бил фонтан, а вокруг среди зелени были расставлены скамейки.
Вид воды заставил Саранну устремиться вперед. Она опустилась на колени, набрала воды в горсть, поднесла к губам и напилась. Потом плеснула воды в лицо, смочив и помятое платье. Одевая ее сонную, ей не заплели косы. И теперь они, полураспущенные, упали ей на спину. В них застряли веточки.
Саранна решила, что выглядит как нищенка, как бродяжка.
— Дамарис... — Напившись, она меньше сипела. Но, оглядевшись, не увидела девочки. Та, должно быть, уже ушла в комнату старой няньки за едой. Саранна снова принялась пить.
Вытерев лицо краем юбки, она неожиданно увидела животное, которое неслышно возникло из тьмы по другую сторону фонтана. Несмотря на темноту, Саранна узнала одну из больших белых лис, которые напали на Руфуса.
Однако Саранна не почувствовала никакого страха. Лиса сидела на задних лапах, как собака. Чем дольше Саранна смотрела на нее, тем яснее видела ее силуэт, как будто белая шерсть начала светиться. Голова лисы вполне могла служить моделью для художника, вырезавшего подвеску. Кто это — часовой, сторож, приставленный к ней, чтобы обеспечить ее безопасность? Саранна больше не задавала вопросов. Женщина-Лиса находилась за пределами того, что Саранна считала реальным.
Она вспомнила, что Дамарис так и не ответила ей, кто такая принцесса. Как Женщина-Лиса оказалась в этой стране? Неужели капитан до того любил прекрасные китайские вещи, что вместе с ними привез и ее, самое ценное свое сокровище?
Однако даже после короткого знакомства с обитательницей сада Саранна была уверена, что Женщина-Лиса подчиняется только самой себе и что если живет в Тенсине за круглой аркой, то по собственной воле.
Белая лиса встала, чуть отвернулась от Саранны и посмотрела влево. Но не зарычала и вообще никак не проявила тревоги. После такого предупреждения Саранна не стала прятаться, даже не встала с колен. В кустах послышался шорох.
Затаив дыхание, Саранна старалась одновременно наблюдать и за лисой, и за тем местом, откуда доносился шорох. Она могла рассчитывать на бдительность животного...
— Саранна?
— Дамарис!
— Вот! — Девушка с радостью услышала в темноте этот шепот. Маленькая фигурка отделилась от кустов и направилась к ней.
— Кукурузный хлеб, к тому же холодный. Но я помазала его медом. — Она сунула крошащуюся массу в руки Саран-не. — Больше я ничего не нашла.
Саранна, забыв о приличиях, большими кусками заталкивала липкий черствый хлеб в рот. Жевала и глотала, потом снова напилась из фонтана, чтобы смыть проглоченное. Съев ломоть до последней крошки и облизав пальцы, она почувствовала себя гораздо лучше.
— Я видела Кочергу. Она пошла на пристань. Понесла корзину. — Дамарис села рядом с Саранной. — Может, решила отнести тебе еды...
Саранна вздрогнула. Довольно будет одного взгляда на открытую дверь каюты, чтобы поднять тревогу. Сразу поймут, что она не могла уйти далеко. Это значит, что сад обшарят. Куда?..
Дамарис схватила ее за руку.
— Надо спрятаться, — заявила она. — Наверно, слово иногда приходится нарушать. Дедушка поступил бы на моем месте именно так! Идем.
Они снова пошли, перебегая из тени в тень, от одного куста или дерева к другому. Саранна видела, как за ними скользнула белая тень, потом к первой лисе присоединилась вторая.
Дамарис не повернула к дому, но пошла мимо небольших служебных построек. Там горели два фонаря, но свет давали слабый.
Девочка, не выпуская руки Саранны, прошла к домику с колодцем. Открыв дверь, проскользнула внутрь.
— Теперь мне придется пробираться ощупью, и поэтому понадобятся обе руки, — сказала она Саранне. — Крепко держись за мою юбку. Пойдем медленно: там темно.
Они протиснулись мимо влажной холодной стены, Саранна плечом касалась каменных глыб.
— Стой, — приказала Дамарис.
Темнота была такая, что Саранна совсем не видела девочку, но услышала скрип. Потом негромкий скрежет.
— Наклонись — дорога идет вниз, — сказала Дамарис. — Осторожней.
Саранна послушалась. Теперь оба ее плеча касались стен. Она, пригнувшись, продвигалась вперед.
— Подожди. Надо закрыть дверь.
Дамарис протиснулась обратно сквозь такой узкий лаз, что у Саранны участилось дыхание. Ей чудилось, что ее заперли в каком-то ящике. Дамарис снова протиснулась мимо нее.
Держась за юбку девочки, Саранна неохотно двинулась дальше.
— Сейчас можешь выпрямиться. — Голос Дамарис звучал гулко. — Я скажу тебе, когда начнется лестница...
Лестница? Тайный ход в Тенсин?
— Вот. — Дамарис говорила с уверенностью человека, не раз проделывавшего это путешествие. — Надо спуститься вниз... двенадцать ступенек...
Саранна осторожно нащупывала их носком ноги, считая про себя. Двенадцать — и снова ровная поверхность.
— Теперь прямо вперед — пока снова не начнется подъем... — сказала Дамарис.
— Что это? Проход?
