– Дело не только в этом, – Клайв поднимает голову. – Говорят, было другое дело – которым Фаули занимался много лет назад. Судя по всему, параллели уже становятся слишком очевидными. И теперь
Бросив многозначительный взгляд на Нину, он достает из фургона последний ящик и захлопывает дверь.
– Неужели ты серьезно думаешь, что Фаули мог сфабриковать улики?
Нина не может сказать, что хорошо знает инспектора – по крайней мере, лично. Но у нее никогда не возникало ни малейших сомнений в его профессионализме. И в его честности.
Конвей пожимает плечами.
– Это необязательно было сделано умышленно. Возможно, просто имел место банальный ляп.
В дальнем конце стоянки трое изнуренных полицейских в форме отчаянно стараются сдержать прессу за ограждением, но кадры с Фаули сегодня в вечерних выпусках новостей будут обязательно. «И с нами тоже», – думает Нина. Белый комбинезон криминалиста виден за целую милю. Более ярким свидетельством станет только приезд труповозки.
Нина заставляет себя вернуться к насущным задачам.
– Итак, какой у нас план?
– Один поисковый отряд обнаружил на берегу что-то, похожее на следы от волочения. Возможно, именно там беднягу сбросили в реку.
Прищурившись, Нина поднимает взгляд к небу. Если б было сухо, можно было бы искать отпечатки ног, следы крови, ДНК. Но сейчас?..
Правильно прочитав ее мысли, Клайв корчит гримасу.
– Сам знаю, но если б мы хотели жить безмятежной жизнью, мы ни за что не занялись бы этим проклятым ремеслом, ведь так?
Я сажусь в машину и звоню Сомер. Должно быть, та ждала что-то подобное – в какой-то степени все мы этого ждали, – но между тем, чтобы чего-то опасаться, и тем, чтобы знать это наверняка, огромная пропасть, и никто не может прочувствовать это так глубоко, как Сомер.
– Сомер? Я на Марстон-Ферри-роуд. Мы ее нашли.
Медленный вдох. Затем выдох. Если б Саша была жива, я бы сразу это сказал.
– Слушай, мне крайне неудобно, но я хочу поручить тебе сообщить это Фионе.
Сейчас даже я понимаю, что выбора у меня нет: я должен доложить суперинтенданту, и немедленно. Потому что время, которое потребуется для того, чтобы эта новость вырвалась на свободу, измеряется не часами, а минутами, а когда это произойдет, все кому не лень примутся за дело Придорожного Насильника.
– Я должен срочно переговорить с Харрисоном, поэтому не могла бы ты съездить на Уиндермер-авеню? Пресса обложила нас тут со всех сторон, поэтому я боюсь, что Фиона узнает об этом еще до моего возвращения. Если сможешь, захвати с собой Эв.
– Что я должна ей сказать? – Голос у Сомер хриплый, задыхающийся.
– Скажи, что формального опознания еще не было, но, учитывая возраст жертвы и то, где она была обнаружена, это может быть только ее дочь.
– Хорошо, я все поняла. Постараюсь ее подготовить. Но вы точно уверены, сэр, да? Никаких сомнений нет?
– Нет. К сожалению, никаких сомнений быть не может. Это определенно Саша.
– Хорошо, сэр. Положитесь на меня. – Голос Сомер окреп. В ней берет верх сотрудник полиции, по крайней мере на какое-то время. – Вы хотите, чтобы я привезла Фиону на опознание?
– Вообще-то я считаю…
И снова я слышу вдох – Сомер понимает, что это значит.
– Скажем так: лучше будет обойтись одной стоматологической картой. Для всех нас.
