Вся ярость полностью

– Не могу, – дрожащим голосом произносит Фиона. – Я просто не могу не думать об этом… его руки хватают ее… прикасаются к ней… это мерзко, мерзко, мерзко…

Она заливается слезами, и Эрика, быстро подойдя к ней, обнимает ее.

– Что бы ни случилось, – шепчет она, – я здесь, я рядом.

Уже почти восемь часов вечера, когда в оперативном штабе звонит телефон. Это дежурный. Говорит, что пришел кто-то. С информацией по делу Саши Блейк.

Куинн шумно вздыхает и обводит взглядом комнату, однако здесь нет молодых, на кого можно было бы это свалить. Он снимает пиджак со спинки стула и направляется вниз.

– А, сержант, хорошо, что вы возвращаетесь к нам.

Гислингхэм закрывает за собой дверь.

– Это был шеф. Я должен был ответить. Просто я не предполагал, что это займет столько времени.

Труп лежит теперь на животе, от шеи и ниже накрытый простыней. Затылок оскалился мокрыми волосами и студенистым мозговым веществом, а рядом с макушкой бледно-розовое пятно, в том месте, где скальп отделен от черепа.

– Я так и думал, – говорит Бодди, перехватив взгляд сержанта, – и оказался прав: выдран большой клок волос. И это было сделано еще до того, как она умерла.

Он проходит вдоль стола и поднимает простыню, и даже Гислингхэм, далеко не зеленый новичок, которому уже много раз приходилось видеть это, вынужден отвернуться.

– Нижнее белье отсутствует, как вам уже известно, – продолжает Бодди. – Я взял мазки во влагалище, но сомнительно, чтобы от них был какой-либо толк.

– Потому что тело побывало в воде? – спрашивает Гислингхэм, не отрывая взгляда от патологоанатома. – Или потому, что убийца использовал презерватив?

Бодди пожимает плечами.

– Первое – точно, второе – с высокой долей вероятности.

– Но она определенно была изнасилована?

Бодди корчит гримасу.

– Все косвенные признаки указывают на это – отсутствующее нижнее белье, царапины на бедрах… Однако без ДНК доказать это со стопроцентной уверенностью, возможно, не удастся.

Он переводит взгляд на труп, затем снова на Гислингхэма. После чего аккуратно возвращает простыню на место.

Как оказалось, все-таки имело смысл оторвать свою задницу от стула. Свидетельнице, сидящей в дежурном помещении, лет двадцать пять: золотисто-каштановые волосы, схваченные в озорной хвостик, и кожаная юбка, лишь самую малость недотягивающая до определения «мини». Куинн предпочитает не замечать понимающую усмешку дежурного и подходит к девушке, сосредоточенно уставившейся в экран сотового телефона.

– Мисс?..

Девушка поднимает взгляд и улыбается.

– Николь. Николь Боуэн.

– Насколько я понимаю, у вас есть для нас кое-какая информация? Насчет Саши Блейк?

– Да, – подтверждает девушка, уверенно глядя на Куинна. – Кажется, я могла ее видеть.

Куинн подсаживается к ней, достает планшет и загружает систему. Девушка вытягивает шею, стараясь увидеть, что он набирает.

– А я думала, что полицейские по-прежнему пользуются записными книжками и дешевыми шариковыми ручками с обгрызенными концами…

– Есть и такие, – сухо произносит Куинн. – Но не я.

– Вы только что в одиночку разбили вдребезги все мои иллюзии! Отныне детективные телесериалы уже не будут трогать меня так, как прежде.

Она снова улыбается, закидывает ногу на ногу и оплетает пальцами колено.

– Вы говорили, мисс Боуэн, что видели Сашу.

– Я же вам сказала, Николь, – говорит она, делая ударение на имени и подаваясь вперед. Куинн чувствует исходящий от ее волос аромат.

– Хорошо, Николь. Когда вы видели Сашу?

– Думаю, недели две назад. Она была вместе еще с двумя девушками.

Куинн отрывается от планшета и откидывается назад.

– Это же было за десять дней до ее исчезновения. Почему вы решили, что это может быть важно?

Девушка заливается краской.

– Ну, я просто подумала…

Он прищуривается. Какую игру ведет эта женщина? Или, быть может, она играет с ним?

– Вы ведь вообще ее не видели, так?

Она вскидывает подбородок.

– Нет, я уверена, что видела!

– Кто вы такая, мисс Боуэн? Если, конечно, это ваша настоящая фамилия.

– Не понимаю, что вы хотите сказать…

Куинн поднимается на ноги.

– Вы из прессы, так?

– Нет… – девушка качает головой. – Я не из прессы… по крайней мере, это не то, что вы подумали…

Теперь он уже по-настоящему был зол.

– Разве вы не понимаете, что ваш поступок совершенно неэтичен? Не говоря уж о том, что вы впустую отрываете время у полиции, за что я мог бы упечь вас в кутузку, черт возьми, если б захотел? Но я непременно доложу вашему проклятому редактору. Кто он – на кого вы работаете?

Девушка встает и достает из кармана удостоверение. В толстом пластиковом конверте ее лицо, ее фамилия. А внизу: «СТУДИЯ "ПОЛИМУС", ПОМОЩНИК ПРОДЮСЕРА».

Это мгновенно охлаждает Куинна.

– Вы из кино?

– В основном телевидение, – девушка снова качает головой.

– Что-то я не догоняю. Какое это имеет отношение к Саше Блейк?

Она убирает удостоверение.

– Нам поручили снять фильм о работе «Всей правды».

Куинн корчит гримасу.

– О, ради всего святого, об этой шайке никчемных благодетелей?

– На самом деле им удалось исправить несколько вопиющих ошибок правосудия…