И все же, главным вопросом, поднятым на совещании, был вопрос защиты побережья от повторения проникновений немецких диверсантов. Выводы сделали после тщательного изучения череды событий. Прежде всего решили насильственно выселить с побережья, обращенного в сторону открытого моря, всех местных жителей. Пойти на эту крайнюю меру обстановка вынуждала не только потому, что эстонские рыбаки могли сотрудничать с врагами, но и по той причине, что все оставшиеся без ограждений пляжи нужно было заминировать в кратчайшие сроки, а еще и укрепить противодесантной обороной, выставив заграждения из колючей проволоки и оборудовав стрелковые позиции и пулеметные точки. Этого до сих пор повсеместно сделать не успели, ограничившись оборудованием тех мест, где во время операции «Альбион» высаживался немецкий десант. Но теперь выхода просто не оставалось, и приходилось идти на крайние меры, быстро изыскивать дополнительные силы и средства для укрепления обороны.
Еще приняли решение усилить воздушную разведку в акваториях Балтики, прилегающих к Моонзунду. По предложению комиссара Лебедева пересмотрели схему связи и взаимодействия между авиацией, кораблями и береговой артиллерией, упростив ее, чтобы сообщения могли идти не только через штабы, а и напрямую, между командирами кораблей, самолетов и батарей, расположенных на берегу. Тогда и время скоординированных ударов по противнику сильно уменьшится. А штабная нерасторопность будет исключена.
Положение, существующее до войны в войсках и на флотах, когда донесения об обнаружении сил противника проходили сквозь множество инстанций, а в результате командование узнавало о вражеских действиях с большим опозданием, из-за чего решения об атаках или об отступлениях критически запаздывали, посчитали ненормальным. И постановили немедленно исправлять сложившуюся громоздкую схему докладов сначала в штаб, а потом ожидания от штаба указаний в полном бездействии. Теперь же командирам кораблей, эскадрилий и батарей позволили принимать решения в экстренной ситуации самостоятельно, исходя из положения на месте. А оперативно командовать всеми силами, имеющимися на Моонзунде, возлагалось на Елисеева. Причем, он мог теперь не докладывать в штаб о каждом своем чихе, а действовать на свой страх и риск, исходя из обстановки.
После совещания штаб БОБРа решили передислоцировать на новое место, в хорошо защищенный от бомб и снарядов железобетонный командный бункер. Мощные перекрытия этого нового сооружения по расчетам инженеров выдерживали даже прямые попадания авиабомб до двух тонн и снарядов главного калибра таких линкоров, как «Тирпиц». В этом бункере имелось все необходимое, включая электрогенераторы и запасные линии связи. Командование на Моонзунде готовилось к новому массированному обстрелу с немецких линейных кораблей, и к новым налетам немецкой бомбардировочной авиации на архипелаг.
Последним заслушали доклад майора Широкина о положении с батареями береговой обороны. Стоя возле большой карты архипелага, висящей на стене, он рассказывал:
— Особо хочу остановиться на обороне Ирбенского пролива, как на главном рубеже, который враг будет преодолевать в первую очередь, чтобы прорваться своим флотом в Рижский залив. Сейчас на полуострове Сырве все три батареи 130-мм орудий приведены в состояние боеготовности. Они прикрывают от возможных нападений наши тральщики, выставляющие мины. По всему побережью полуострова оборудованы позиции противодесантной обороны, пляжи заминированы, инженерные заграждения обустроены. Сектора ведения пулеметного огня из ДОТов пристреляны. Защита от атак с воздуха обеспечена четырьмя батареями зенитной артиллерии. Кроме того, там имеется 315-я бронебашенная батарея, состоящая из двух двуствольных 180-мм установок. Во второй линии обороны выставлены три батареи шестидюймовок. А дальше, в третьей линии, расположены два тяжелых четырнадцатидюймовых орудия.
Более тяжелые орудия специально установлены подальше от берега и тщательно замаскированы. Они расположены посередине полуострова на железнодорожных транспортерах, имеющих возможность кругового движения по замаскированному маршруту. Расположение тяжелых орудий защищает отдельный укрепрайон с двадцатью ДОТами, с ходами сообщения, с заграждениями и минными полями. Кроме того, прямо перед проливом, на мысе Церель, установлены береговые торпедные аппараты. Так что опыт Первой Мировой мы учли. И если немцы сунутся на полуостров со своим десантом, то их ждут очень неприятные сюрпризы. А против воздушного десанта у каждой нашей батареи есть свое прикрытие из зениток. И эти зенитки могут также использоваться, как дополнительные орудия для борьбы с десантом, высаживающимся с моря.